— Тут, — скомандовала я. — Ставь корзину вон на тот плоский камень. Это будет стол.
— Если пойдет дождь, нас смоет, — заметил Кресс и покосился на горный пик.
Над нами возвышался Южный Орленок, самый младший и беспокойный. Гору назвали так из-за гнездовья птиц на вершине. Они и сейчас парили в высоте, превратившись в едва различимые точки над склонами.
— Значит, будем надеяться, что дождя не будет. Давай поищем что-нибудь интересное.
— Камни? — изогнул бровь инквизитор. — Помет животных?
— Или труп. Не помню, где зарыла последний скелет из своего шкафа. Попробуй отыскать. Мне нужна ритуальная чаша, а подходящую черепушку найти сложно.
— Ты ужасна, ведьма, — вздохнул Кресс. — Ты и твои шуточки. Как только тебя Гленна терпит?
Я не ответила, убегая вверх по склону, где повсюду пестрели маленькие цветочки. Их нежный аромат пьянил. Я склонилась к зеленому ковру, вдыхая запах. Мое внимание привлек яркий золотистый цветок, которого здесь быть попросту не могло.
— Как ты забрался так высоко, малыш? — удивилась я.
Среди травы пряталась примула. Ее нежный бутон раскачивался на ветру, готовый вот-вот оторваться и улететь прочь маленьким зонтиком. Я сорвала его и принесла Крессу. Инквизитор остался абсолютно равнодушен к хрупкой красоте цветка, и я попросту воткнула его ему в петлицу.
— Что это? — вздохнул Кресс. — Та самая радость жизни?
— Это примула, — гордо произнесла я. — Смотри, не потеряй.
— Почему?
— Потому что это ключ.
— К каменному сердцу карги? — улыбнулся инквизитор.
Я закатила глаза.
— Тебе вообще ни одной легенды не рассказывали? Это же примула. Каждый раз, когда кто-то теряет ключ, на земле вырастает этот цветок. Сорвавший его сможет проникнуть в чужой тайник. Но помни, обронив примулу однажды, ты никогда не найдешь этот ключ снова.
— Глупости.
— Ты ни разу не пробовал.
— Открывать цветком двери?
— Верить во что-то хорошее, — сказала я. — Волшебное.
— И какое же волшебство превращает цветы в ключи? — вздохнул Кресс, пристально рассматривая примулу.
Я уже жалела, что вообще затеяла эту прогулку. Инквизитор ворчал, не давая мне расслабиться и насладиться природой.
— Милостивая Истле, — пробормотала я. — Ты не увидел проклятье, когда оно при тебе пыталось меня сожрать. Не хочу обидеть Орден и его методы обучения инквизиции, но специалист по волшебству из тебя паршивый.
— Сожрать? — весьма натурально изобразил шок Кресс.
— Инквизитор, — резюмировала я. — А о чем я тебе талдычу! Магический голод, щупальца к ауре, слабая магия… Этот Яков таскается за Ликой, потому что жрет ее. Как закончит высасывать ее ауру, пристроится к моей.