— Поединок длится до третьей крови! Добивания и бесчестные приемы запрещены! Победа не оспаривается и проигравший… — герцогиня на секунду задумалась, очевидно, вспоминая нужные слова. — Ну, проигрывает. Бесповоротно проигрывает. Совсем. Эм… Начали? — не слишком уверенно закончила она.
Общая театральность, сдобренная детской восторженностью, заставила невольно затосковать по сиру «Ланцевроту». Он хоть и говнюк, но кота за яйца не тянул, да и градус его пафоса был куда как ниже. Кем бы он ни был, но знал цену крови. Надо бы ему открытку с извинениями чиркануть, что ли.
На помощь пришел Грисби:
— Скрестить клинки!!! — от рева рыцаря где-то в городе наверняка разбилась пара окон.
Ладно, бой, так бой… Чего бы цирк не устроить, раз платят? Аллерия ведь не всерьез станет…
Вспышка стали сверкнула у самого глаза. По щеке заструилось что-то теплое.
— Ты че исполняешь, овца⁈ — я недоверчиво ощупал ухо.
Вроде на месте… Только щеку рассекла.
— Первая кровь! — под дружное улюлюканье конных гвардейцев, Грисби триумфально воздел латный кулак в небо.
Малявка радостно запищала, быстро-быстро захлопав в ладошки.
Так, а ну-ка нафиг!
Второй выпад был отражен лишь чудом и натренированными рефлексами. Чисто на инстинктах, я отвел длинный клинок и от души приложился локтем о девичий подбородок. Черт, не сдержался!
— Я не специально! Это просто рефлексы! Сама виновата, нечего в людей мечами тыкать…
— Первая кровь! — под одобрительный рев северян, князь повторил жест лорда.
Судя по приглушенным голосам солдатни, ставки и заклады росли как на дрожжах.
Поиграв челюстью и сплюнув кровь, блондинка вновь встала в стойку. Холодные синие глаза на бесстрастном лице начинали пугать. Как бы не зарубила, блин…
Фехтовальщик из меня как из каптера альтруист, а потому обмен быстрыми ударами закончился звякнувшим о камень мечом и свежим порезом на запястье. Пока Грисби, хохотал и радостно колотил ближайшего всадника по спине, отчего несчастный едва не поломался, я, нехотя подобрал оружие:
— Слушай, если ты за ту сцену в библиотеке злишься, то я, как бы, не специально! День хреновый был. И я вовсе не собирался отвешивать тебе пощечину или позорить перед… — попытка диалога прервалась свистом меча.
Решение принять удар на лезвие, окончилось истеричным дребезгом металла, блеском разрубленного клинка и руганью дружинника. Бросив поломанный меч, я ухватил блондинку за запястье и от души приложился берцем по ее сапогу.
— Вот черт… Блин, извини! Это просто рефлексы! Ну, привычка, понимаешь⁈
Растянувшись на земле, Аллерия приложила руку к затылку и недоверчиво уставилась на несколько капель, блестящих кожаной перчатке.