— Я же вам рассказывала. — надула губки «моя» леди.
— Да, но я заснул на сере… То есть, ты вроде говорила, что у них с дедом были разногласия? Или не говорила? Так были или нет⁈
— Ну… Они с лордом-дедушкой хоть и похожи внешне, но на самом деле совсем разные. Я едва ли имела честь водить близкое знакомство с сиром Оливером, но порою слышала их споры в чертоге…
— Дай угадаю, спорили они о возращении города обратно под знамена Аарона и необходимости войны с северянами? Стюард выступал «за», а Оливер «против»? Кстати, твой дед, как понимаю, читать не умеет? Неграмотный нифига, да?
— Эм… — от удивления, у чародейки аж дух перехватило. — Откуда вы все это знаете⁈ Подождите, вы точно не шпион?
— Я разведчик. Радиоэлектронный. Это как обычный, но с антенной в жопе… Не важно! Скажи, сегодня стюард не спрашивал Грисби, с какого хрена тот велел капитану ночевать в своих покоях? Зато во всех красках расписал про убитых на празднике гвардейцев?
Которых я нихрена в городе не встречал…
— Не могу сказать, милорд, меня в покои отправили. Домашний арест, пока вас не казнят. Винни помогла выбра…
— Ладно, пофиг. Самое главное. Момент, блин, истины — ты про герцогинь ничего не слышала?
— Каких?
— Мелких. С плетками, и пускающих слюни на моих оруженосцев? Ай, ладно, и так понятно, не слышала. И Гену ты сегодня тоже не встречала…
— Этого подлеца⁈ Подонок, что вас оклеветал⁈ Вы и впрямь намерены беспокоится за… — натолкнувшись на мой взгляд, она нехотя помотала головой. — Нет, не встречала. Он взял награду и заспешил на юг, опасаясь гнева северян еще…
— Ладно-ладно, не продолжай.
Если бы Гена реально меня сдал, то сдал бы и герцогиню. А раз в замке никто не в курсе про малявку, то Гена не при делах.
Блин, если этот глист хоть пальцем пацана тронул…
— Так, побег отменяется!
— То есть, как⁈ Совсем? А ферма с пони⁈
— Подождут твои пони! Давай, беги за каким-нибудь пергаментом подороже и чернильницей. Письмо писать будем!
— Но как же я доставлю его к вашему князю, если вас обезглавят уже на рассвете⁈ — в ее глазах ясно читалось «дядь, ты что, дурак?»
— Отставить залупаться! Сказал письмо, значит письмо!
И нахрен мне этот князь не нужен. Он тут вообще не при делах. Как и Грисби.
Несколько сотен человек разом развернулись ко мне. Их лица словно соревновались в демонстрации презрения, ненависти, предвкушения… Даже стюард замолк, оборвав драматическую речь на середине.
— Что встал⁈ Застеснялся⁈ А ну пшел! — игривый пинок под мягкое место заставил болезненно скривиться и заковылять к каменной лестнице на стену.