— Вихри Простора непредсказуемы… — завел он вдумчивым голосом и драматично обвел площадь ладонью. — Когда пять лет тому назад, на этом самом камне мне довелось одним ударом окончить сражение, я и подумать не мог, что свою двадцать первую осень буду встречать в окружении бывших недругов. Жаль лишь, что возлюбленный сир Аарон не почтил нас своим… — князь вдруг дрогнул и поднес руку к уху, будто прислушиваясь к толпе. — Чу! Слышится мне поступь старого врага! Неужто отомстить удумал, старик неугомонный⁈
Люди в толпе недоуменно переглядывались, явно раздумывая, а не чокнулся ли северянин. Но тут откуда-то позади, раздался веселый перезвон колокольчиков. Из переулка у пекарни высунулась огромная красная рожа. Держась на длинных шестах, ведомая пятеркой стражников, над площадью возвышалась здоровенная тряпичная кукла.
— Смотри-смотри! Как у сира Грисби! — затыкала в манекен малявка, сидя на плечах Аллерии.
Но рыцарша не разделяла веселого энтузиазма своей госпожи. Светлые брови крашеной брюнетки оскорбленно изогнулись при виде парящей над толпой куклы.
Огромная красная рожица переходила в колоссальных размеров живот, который оканчивался ядовито-зеленой тряпкой, развевающейся прямо из задницы набивного лорда.
Ну да, по слухам, Грисби тот еще пердун…
Хрюкнув со смеху, длиннобородый дружинник у сцены громко объявил:
— Могучие мужи и прекрасные девицы! Прямиком из Живанплаца: Сир Аарон «Лошадиная срака»!
— Пошто порочишь нашего гостя, дурная голова? — притворно разгневался князь. — Каждому отроку известно, срака у него куриная! Сир Аарон, не почтите ли своих холопов парой слов?
Неприличный звук, раздавшийся из куклы, отозвался смехом толпы. Князь досадно развел руками:
— Боюсь, сир Аарон, устал с долгой дороги. Да и, чую… — брезгливо помахал перед носом. — Богатые харчи великого Мюрата пришлись не к животу. Однако…
Новый «залп» куклы и неконтролируемый хохот заглушил слова князя. Половина горожан надрывала животы вместе с северянами, другая же, тихонько скрежетала зубами, гневно зыркая на стражников с шестами. Ну да, в городе еще полно тех, кто сражался по эту сторону стены. Подобный перфоманс им наверняка не по вкусу.
Наблюдая, как тряпичный Аарон выхватывает бутафорский меч и угрожающе им размахивает, пуская ветры при каждом движении, я вдруг встретился взглядом высоким бородачом в железном нагруднике поверх грязного плаща.
Пара свинячьих глазок неотрывно следили за мной из толпы. Его могучая грудь вздымалась от частого дыхания, а перекошенная от злобы рожа не предвещала ничего хорошего.