его не послушал. Он уже был рядом с дверью, схватился за ручку… И с приглушенным восклицанием одернул руку. Затряс ею в воздухе, как будто обжегся. — Джоффри, пожалуйста, не вынуждай меня причинять тебе боль, — спокойно предупредил его Патрик. — Еще раз попробуешь сбежать — то шарахну магией уже по тебе. Угрозой Джоффри впечатлился. Он резко развернулся к Патрику лицом, прижался спиной к стене, как будто опасался нападения, и замер, напряженно наблюдая за каждым движением столичного дознавателя. — Да не бойся ты так меня, — чуть поморщившись, попросил его Патрик. — Я всего лишь хочу, чтобы мы как можно быстрее закончили разговор. Устал я, если честно, от воплей вашего бургомистра. Уж очень он громкоголосый и напористый. Джоффри немного расслабился. По его губам скользнула не улыбка — лишь намек на нее. Но было ясно, что он полностью согласен с характеристикой, которую Патрик выдал господину Трезору. — Присядь, — с обманчивой мягкостью попросил Патрик. — Лучше вон на тот стул, у окна. Джоффри, однако, не двинулся с места. Он опять напрягся и лишь сильнее вжался спиной в стену. Взгляд его бегал от Патрика к Трезору, от Трезора к Мариэлле, от Мариэллы ко мне. — Я ничего не знаю, — сдавленно выпалил он. — Я просто пришел с господином бургомистром. Я действительно ничего не знаю. Отпустите меня! Пожалуйста! Хм-м… Какая-то странная у него реакция. Я бы сказала — слишком бурная. Нет, так-то понятно, почему Джоффри напуган. Действительно, редко когда доведется увидеть магическое нападение, а то, что сделал Патрик, по-другому не назовешь. Но в голосе парня угадывается настоящая паника. — Вы ведь не убьете меня? — выдохнул Джоффри и жалобно скуксился. Ага. А вот теперь ясно, почему он так испугался. По всей видимости, бедняга решил, что стал свидетелем страшного преступления, и теперь Патрик поторопится избавиться от него. — Даже в мыслях не было, — со смешком заверил его Патрик. — За господина Вустера и Мариэллу тоже не тревожься. Их жизням и здоровью ничего не угрожает. Я всего лишь применил чары временной парализации. Они все слышат. Все видят. Все понимают. Но и пальцем пошевелить не могут без моего на то позволения. — Зачем? — пролепетал Джоффри, все еще не решаясь отойти от стены и сесть, как ему предложил Патрик. — Зачем вам это? — Затем, что я устал повторять одно и то же людям, которые искренне считают себя выше закона, — честно ответил Патрик. — Знаешь, да одной беседой с Мариэллой Вустер я сыт по горло. Второго такого разговора с ней я точно не выдержу.