Глава пятая
Я никогда прежде не видела господина Трезора Вустера воочию. И сейчас с нескрываемым любопытством посмотрела на ту тушу, что вплыла в комнату. А это была именно туша. Огромная, бесформенная гора мяса и сала, облаченная в безусловно дорогой, но безнадежно испачканный сюртук. Ткань трещала по швам, рискуя лопнуть от любого неосторожного движения. Сверху выглядывала белесая от пота рубашка, воротник которой давно потерял белизну и пропитался жирным блеском. Лицо господина Трезора Вустера, отечное и красное, утопало в складках. Рот, окруженный редкой, сальной щетиной, был постоянно приоткрыт, и оттуда вырывалось тяжелое, хриплое дыхание, пахнущее перегаром и дешевым табаком. Едва переступив порог, господин Трезор, естественно, тут же взорвался от возмущения. — Немедленно освободите мою племянницу! — взревел он, брызжа слюной, и тыкнул коротким, похожим на сардельку, пальцем в сторону Патрика. — Вы понимаете, с кем имеете дело? Я — бургомистр этого города! А вы держите здесь ни в чем не повинную девушку! Патрик лишь брезгливо поморщился, видимо, уловив тяжелый неприятный запах, исходящий от визитера. — Господин Вустер, ваша племянница обвиняется не в убийстве, но в краже, — холодно процедил он. — И это лишь малая толика ее вины, потому что она собиралась совершить самое настоящее мошенничество в особо крупных размерах. В чем, собственно, призналась сама. — Ложь! Клевета! — Трезор затрясся всем своим телом, от чего пуговицы на его сюртуке опасно запрыгали, рискуя в любой момент оторваться. — Мариэлла — невинная дитя! Она и мухи не обидит! Это все происки этой… этой лживой ведьмы-недоучки! — Он махнул рукой в мою сторону, и его двойной подбородок колыхнулся, как студень. — Я требую, чтобы вы немедленно освободили мою девочку! Иначе я пожалуюсь королю! Я сделаю все, чтобы вас с позором выгнали со службы! Я… я… Он задыхался от собственной ярости и лишнего веса, лицо его стало фиолетовым, но в глазах читалась не забота о родственнице, а лишь уверенность в том, что его статус позволяет ему игнорировать любые законы. — Господин Вустер! — испуганно шагнул вперед Джоффри, когда бургомистр покачнулся, чуть не сев мимо стула. — Я в порядке, не мешай, пацан! — огрызнулся Трезор. Нащупал рукой край стула и все-таки тяжело опустился напротив Патрика. Тот, к слову, все это представление промолчал, но при этом очень внимательно глядел на бургомистра. И лишь на его виске прорисовалась тончайшая синяя жилка, которая доказывала, как тяжело ему сохранять спокойствие. — Дядюшка! —