В последний раз легонько погладил кристалл, пробудив тем самым очередную бурю молочного тумана внутри него, а затем взял — и небрежно засунул его обратно в карман. Мариэлла с нескрываемым облегчением перевела после этого дыхание. Приободрилась, выпрямилась и кокетливо поправила светлые волосы, пушистой волной разметавшиеся по плечам. — Так что, господин Чейс, вы получили ответы на все свои вопросы? — медовым голоском проворковала она. — Кроме одного, самого важного, — ответил он. — Кто же убил бедолагу Квентина Флейма? — Уж явно не я, — тут же огрызнулась Мариэлла. — Мне показалось, вы не особо скорбите из-за его смерти. Мариэлла немедленно всхлипнула. Выудила из кармана платья носовой платок и прижала его краешек к уголку совершенно сухого глаза. — Вы ошибаетесь, — проговорила сдавленно. — Мне очень, очень больно. Патрик досадливо поморщился, видимо, не оценив представления, но пресекать ее кривляния не стал. — У вас есть какие-нибудь предположения по поводу того, кто мог желать зла? — спросил он. — Только она. — Мариэлла с готовностью ткнула в меня указательным пальцем. Прошипела с нескрываемой ненавистью: — Поди, узнала про наши планы. Все-таки ведьма, а стало быть, чутье на неприятности у нее воистину демоническое. Вот и решила бить на опережение. — Поэтому вы так рьяно обвиняли Катрину в убийстве? — Ага, — подтвердила Мариэлла. — Зуб даю, это она. Потому что больше некому. — Ну почему же, — не согласился с ней Патрик. — А Витор? Вдруг он узнал про ваши отношения у него за спиной, воспылал ревностью и решил поквитаться с более удачливым соперником? — Кто, эта тряпка? — Мариэлла брезгливо сморщилась. — Да этот маменькин сынок мямля и размазня полнейшая. Это во-первых. А во-вторых, он был со мной, считай, весь день. — Пока еще неизвестно точное время убийства, — напомнил Патрик. — Вдруг в тот момент, когда вы отправились в лавку Катрины, чтобы предъявить ей обвинение в краже? Мариэлла выразительно закатила глаза, всем своим видом показывая, насколько не верит в эту версию. — Витор хныкать начинает, когда пальцем бумагу случайно порежет, — бросила она презрительно. — У него кишка тонка кого-то убить. Тем более Квентин старался держаться от него подальше. Говорил, что ему было как-то неловко в его присутствии. — Неловко? — Патрик издал короткий едкий смешок. — Интересное вы выбрали слово. Кстати, а как Квентин отнесся к тому, что вам пришлось завести роман с Витором? Наверное, ему было еще более неловко наблюдать за вашими поцелуями и объятиями. — На людях