Вейс уйдет в казну провинции Грег. — Именно из-за этого вы сделали вывод о том, что Изабелла Вейс принадлежала ведьминскому роду? — полюбопытствовал Патрик. — Конечно! — воскликнула Мариэлла, как будто удивленная, что надлежит объяснять настолько очевидные вещи. — Господин Чейс, не мне вам говорить, что такое Грег и кто там обитает. Да в тех краях в любую женщину плюнь — обязательно в потомственную ведьму угодишь. В уголках губ Патрика завибрировала слабая улыбка, как будто его чем-то позабавили последние слова Мариэллы. А вот я не увидела в них ничего смешного. — И каково же было состояние, которое должна получить Катрина? — задал новый вопрос Патрик. — Вы уже слышали. — Мариэлла пожала плечами. Ядовито спросила: — Или у вас проблемы с памятью, господин Чейс? Странно для человека, который занимает столь высокую должность в магическом надзоре. — Да, вы сказали, что Катрина должна получить все движимое и недвижимое имущество Лилибет Вейс. — Патрик сделал паузу, после чего вкрадчиво поинтересовался: — А само это имущество было перечислено? Вообще-то, в завещаниях принято приводить точный список наследуемых объектов. — Нет, не было там никакого списка, — буркнула Мариэлла. — Видимо, поверенный не стал утруждать себя писаниной. Но и без того понятно, что эта самая Лилибет была более чем обеспеченной особой. Я в этом абсолютно не сомневаюсь! — Откуда такая уверенность? — Вы бы на драгоценности Катрины взглянули! — забывшись, выпалила Мариэлла. — Да за одно ее рубиновое колье душу демону продать можно! И тут же осеклась, осознав, что именно ляпнула. Я с подозрением прищурилась, покосившись на Патрика. Возможно, мне почудилось. Но я как будто уловила след каких-то чар в воздухе. Как если бы он исподволь воздействовал на Мариэллу ментально, тем самым добившись того, что она перестала контролировать свои слова. Патрик почувствовал мое внимание. Подарил мне лучезарную улыбку, а затем взял — и заговорщицки подмигнул. Ох, наглец! Все-таки прибегнул к тому методу допроса, который сам прежде назвал недопустимым. Мариэлла не заметила наш быстрый обмен взглядами. Она вся насупилась и заранее виновато понурилась, видимо, осознав, что Патрик не упустит столь удобной возможности обернуть ее промах против нее же. Так и вышло. Патрик улыбнулся шире и хищно подался вперед, напряженно вглядываясь в ее лицо. — Да что вы говорите, госпожа Вустер, — издевательски протянул он. — Стало быть, Катрина была права, и вы действительно присвоили ее фамильные драгоценности. Я верно вас понял?