столешнице, будто проверяя, не скопилась ли здесь пыль. Я сидела ни жива ни мертва. Напряжение в комнате сгустилось до такой степени, что, казалось, его можно было черпать ложкой. — Если с моим ребенком по вашей вине что-то случится, — не выдержав, первой подала голос Мариэлла. — то я… — С вашим ребенком ничего не случится, — резко перебил ее Патрик. — По той простой причине, госпожа Вустер, что вы не беременны. Я невольно приоткрыла рот, не в силах поверить услышанному. Как это? Получается, она лгала все это время? — Вы не имеете никакого… — вскинулась было Мариэлла. — Мне организовать вам медицинский осмотр? — еще более грубо пресек ее возражения Патрик. — У Мораны Тейт, моей сотрудницы, которую вы только что видели, есть действующая лицензия практикующего целителя. Она без особых проблем подтвердит, кто из нас прав. Если вдруг я ошибаюсь в своих предположениях — то что же. Немедленно принесу вам искренние и глубочайшие извинения. Мариэлла гневно сверкнула на него глазами. Сверкнула — но ничего не сказала, что означало лишь одно. Она действительно не беременна. Вот так новость! Интересно, а Витор-то в курсе? По-моему, он вполне честно считает, что скоро станет отцом. В комнате после этого стало тихо. Очень тихо. И чем дольше длилась эта пауза — тем тоскливее и тревожнее становилось на моем сердце. — Знаете, госпожа Вустер, — заговорил Патрик наконец, и его голос прозвучал задумчиво, почти мечтательно, — я ведь действительно стараюсь вести себя вежливо. Понимаю: вы женщина, нервы у вас шалят, обстановка вокруг непривычная. Вам страшно. Вам хочется, чтобы этот кошмар поскорее закончился, и вы вернулись в свой уютный дом к любящему жениху. Он остановился прямо перед ней, и Мариэлла вжалась в спинку стула, как мышка, почуявшая приближение кота. — Но, — и это «но» прозвучало как удар хлыста, — я не люблю, когда мне врут. — Я не… — Тсс. — шикнул на нее Патрик, и Мариэлла замолчала на полуслове. — Я ведь еще не закончил. Он обошел ее стул и встал за ее спиной. Мариэлла дернулась, попыталась повернуть голову, но он положил руки ей на плечи — легко, почти невесомо, но этого оказалось достаточно, чтобы она замерла, испуганно хлопая ресницами. — Вы сказали, что ревность — вот ваша единственная причина. Что боитесь, как бы Катрина не столкнулась с Витором. Но, госпожа Вустер, я знаю женщин. И я знаю, как выглядит женская ревность. Он наклонился ниже, и я заметила, как Мариэлла еще шире распахнула глаза. — Ревность некрасива и нелогична, — прошептал Патрик ей на ухо.