он сам не был уверен в том, что говорит. Но почти сразу он с вызовом вздернул подбородок и добавил: — Я студент третьего курса прикладных и бытовых чар. Академия магии Дареса. Выкусил, урод? И самым невежливым образом продемонстрировал очень неприличный жест, тыкнув средним пальцем прямо в лицо Патрик. Патрик даже не вздрогнул. Но воздух вокруг нас словно задрожал от напряжения. — Студент? Патрик так выразительно изогнул бровь, так вперил немигающий взор в Томаса, что тот нервно заерзал на стуле. Густав хмыкнул где-то у меня за спиной. Очень неодобрительно и с большим сомнением. Парень побледнел. В глазах заметалась паника, но он попытался держать себя в руках. — Ах да, — пробормотал под нос. — Я в академическом отпуске. — В отпуске? — вновь скептически перебил его Патрик. Томас виновато свесил голову и неохотно признался: — Меня отчислили. — Безумно интересно, — так же спокойно проговорил Патрик. — Дальше! — Да больше не о чем говорить. — Несчастный Томас носом почти уткнулся в грудь. — По-моему, ты понятия не имеешь, насколько сильно вляпался! — резко отчеканил Патрик, по всей видимости, не испытывая ни малейшего сочувствия к Томасу. — Ты обвиняешься в преступлении, а именно — в убийстве. Как такое могло произойти? — В убийстве? Да вы с ума сошли! Томас дернулся, как будто от удара. Подскочил на стуле, пытаясь сыграть недоумение. Увы, актер из него получился отвратный. Даже мне было очевидно, что он врет. Слишком много фальши было в его возмущенных вопросах. — Не юли, — мягко, но твердо перебил Патрик. — Мы видели, как ты бросился бежать. Сразу, как только увидел нас. Невиновный человек, которому нечего скрывать, так себя не введет. Томас даже не побледнел — посерел от волнения. На виске у него нервно забилась жилка. — Я испугался! — выпалил он слишком быстро. — Любой бы испугался, когда за ним несутся два дознавателя магического надзора! — Два дознавателя не несутся за обычными людьми просто так, — лениво заметил Густав. — И с чего ты вообще решил, что мы дознаватели? Мы не успели тебе представиться. Томас затрясся, словно осиновый листок на ветру. Однако это не продлилось долго. Неимоверным усилием воли ему удалось взять себя в руки. Он несколько раз глубоко вздохнул и внезапно успокоился. — Вы ничего не сможете мне предъявить! — заявил нагло. — Я требую адвоката! — Адвоката? — Патрик наклонил голову к плечу, и его лицо приняло такое выражение, будто ему только что рассказали очень плохую и несмешную шутку. — Молодой человек, ты абсолютно точно не понимаешь,