— Думаю, да, — отозвался комкрыла, которого в борусную историю не посвятили. Он посмотрел на голограммку над спецбраслетом. — Раз уж все в сборе, может быть, обсудим и кое-какие территориальные вопросы?
— Ну редкий зануда, — улыбнулся эрцог, апеллируя к Симелину. — Я точно не буду говорить с ним до завтрака!
Завтрак организовали быстро. Столы для гостей поставили прямо в саду, тут же пока оставалась и капсула с неожиданно спокойным младенцем. Он хорошо реагировал на голос Айяны, что было ожидаемым, но охотно улыбался и любым девичьим лицам.
Всё время завтрака молоденькие эйнитки суетились вокруг «малыша», ворковали, пытались завлечь его немудрёными игрушками.
Лучшей игрушкой оказалось яблоко. Могучий кулак тут же сомкнулся на сладкой добыче и потащил её в рот. Но укусить не получалось — не хватало координации и навыка.
Дарайя, чуть позже Айяны вернувшаяся с местной храмовой сходки, решительно отобрала обмусоленный плод, разрезала его пополам, вернув более податливый кусок возмущённому телу имперского капитана.
— Надо же, а яблоки как любил, так и любит, — удивился Млич. — Наверное, и орехи любит.
Он отвернулся и стал изучать кусты псевдороз, в беспорядке рассыпанные по саду.
— Смотрите! — воскликнул Хаген негромко.
На лоб Агжея села блестящая козявка с бархатистыми радужными крылышками.
— Очень редкое керосекомое, — сказала Дарайя. — Для человека не опасно, не кусается.
— Вот так не кусается, — Млич заморгал, подскочил, замахнулся!..
— Тихо! — поднял ладонь Хаген. — Не спугните его!
Гадкая козявка растопырила жвальцы, вытянула два гибких хоботка и начала вбуравливать их в кожу. «Младенец» не замечал её усилий и на возможную боль не реагировал.
— Она же его кусает!
— Вот именно. Не кусается, а кусает.
— Ты думаешь, симбионт как-то заботится о своём хозяине? — спросил Колин.
— Борусы имели возможность изучить Кьясну, думаю, вам нужно присмотреться к этой букашке.
— Кьясна — идеальное место для экспериментов, — согласился Колин. — Медики здесь много работали с борусами. Им будет теперь, чем заняться.
— А что если борусы разумны? — спросил Имэ.
— Как хатты? — усмехнулся Колин. — И люди просто не вынесли контакта и поломались?
— О-о! — протянул Симелин. — Я ждал этого от тебя.
После завтрака Локьё, Симелин, Линнервальд, Имэ, комкрыла, Мерис и Колин удалились в сторону кладбища. Им было о чём поговорить.
Агжея перенесли в дом Айяны.
Ни дети, ни собаки особенного подвоха не заметили: лежащий в постели отец и хозяин был для них делом привычным.
Хитрый Кай тут же залез капитану в ноги и свернулся там в приличных размеров клубок. Пуговица умостилась под бок и заманила туда же Энжелина.