— Полетят головы. Большие Боссы, естественно, выкрутятся, а вот исполнители среднего звена и мелкая шушера начнут дохнуть, как мухи.
— Оставьте мне такую возможность! На всякий случай — если вы не дадите о себе знать в течение двух месяцев, я хочу иметь возможность отомстить…
[1] Мезоморф — один из типов фигуры.
Глава 24. Роберт Рид.
В кабину «Мангуста» я забирался, можно сказать, на автопилоте. И предполетные тесты прогонял приблизительно так же: ноги и руки выполняли все необходимые операции практически на одних рефлексах. А сознание все это время отслеживало происходящее в доке и его окрестностях. И делало это до момента отрыва перехватчика от посадочной пятки. К моему искреннему удивлению, никаких лишних движений вокруг стремительной машины так и не обнаружилось — база ВКС жила своей жизнью, вернее, продолжала сладко спать. И в принципе не собиралась просыпаться!
Экстремальный взлет, разворот на «кончике» крыла над озером Миррор-лейк и разгон на форсаже в направлении Нью-Вашингтона тоже никого не взволновал. Наоборот, проводив «Мангуст» до края своей зоны ответственности в автоматическом режиме, СУВД Нью-Лорейнской базы Военно-Космических сил перекинула контроль на ближайший гражданский спутник по процедуре TF[1]. И напрочь забыла о моем существовании!
Само собой, убегать и падать теперь уже под корпорацию «Genetica» я не собирался, поэтому, отмахав тысячи полторы километров в сторону их центрального офиса и убедившись в полном отсутствии следов какого-либо поводка, задрал нос и вертикально ушел в космос. Точнее, в тренировочную зону, расположенную возле орбитальной крепости «Дельта». Где и провел следующие два часа.
Особо не убивался. Во-первых, потому, что пилотажный «Мангуст» позволял только летать и ничего более. Во-вторых, я, как гражданское лицо, не имел доступа к армейскому генератору тренировочных миссий. И, в-третьих, не собирался демонстрировать кому бы то ни было реальный уровень своих возможностей. Поэтому придумывал упражнения сам, летал на скоростях, доступных обладателям обычных имплантатов, и не строил из себя пилота-аса. То есть, старательно изображал шероховатости в пилотировании, систематически переоценивал свои силы при выполнении особо сложных маневров и т.д.
В процессе «выложился до последнего». Точнее, сделал вид, что вымотался до предела. Соответственно, на посадочную пятку зашел чуть быстрее, чем требовалось и, вынужденно оттормозившись в запредельном для обычного пилота режиме, на некоторое время «потерял сознание». Результат последнего возможные сторонние наблюдатели увидеть не могли, так как сразу же после касания незыблемая на первый взгляд опора провалилась вниз и скрыла машину от возможных взглядов с орбиты.