— А говорят — эйниты гуманисты, — я картинно помассировал шею.

Айяна хмыкнула.

Пуговица закряхтела. Вертела её Проводящая прямо-таки немилосердно. Но малой нравилось.

Вообще-то, Айяна была права: ментальная оплеуха меня не шокировала и даже, в общем-то, не обидела. Я наловчился терпеть инспектора Джастина, потом Локьё, а до того — испытывал постоянное психическое давление, находясь рядом с Колином.

Скорее всего, я просто привык. Для кого-то случившееся сейчас в детской могло бы стать событием, но я воспринял незнакомое ощущение именно как подзатыльник. И не больше.

— Айяна, а можно узнать… — Я увлёкся: смотрел на малую, как она упирается ножками в подставленную ладонь.

Проводящая подняла голову.

— Ну… — я замялся. Нашёл же у кого спрашивать. — Семь запретов цивилизации — это что?

Проводящая неожиданно улыбнулась — то ли мне, то ли стараниям Пуговицы. Чуть прикрыла глаза задумываясь. И вдруг спросила:

— Скажи, что чаще всего возят контрабандисты через ближайшую развязку в районе Джанги?

— Наркотики, — отозвался я на автомате.

— Какие?

— Хиланг, он же хинг, афеин, кристаллический сахар.

— А сахар — это что за наркотик?

— Не из самых опасных, но химически чистый сахар вызывает резкий выброс гормонов в кровь, привыкание, нарушение обмена веществ. В дальнейшем угнетающе воздействует на психику. В следующих поколениях возможны генетические мутации. Используют его спецподразделения втихую, как лёгкий стимулятор, ну и самый дешёвый и ходовой наркотик в бедных кварталах.

Айяна улыбнулась так же мягко и загадочно:

— Когда-то чистый сахар был в каждом доме и считался вполне допустимой приправой к чаю, мальчик. Он занимал то же место, которое занимает сейчас разрешённые подсластители. Да, именно тот белый кристаллический порошок, который переправляют контрабандисты.

— Ну, не знаю, — я пожал плечами. — Пробовал я его. Противная сладкая гадость. Привыкание он вызывает не больше, чем алкоголь или никотин. Соскакивают с него довольно легко, за исключением совсем уж запущенных случаев. Да и кому он нужен? Пока я в Северном крыле служил — кристаллический сахар видел только в капитанской каюте…

И тут меня осенило: капитану было далеко за девяносто, он, верно, знавал и какие-то другие времена. И мы знали от дежурного, что сахар он всегда держит в сейфе. Нарушение было не такое уж большое, но забавное. Ну а на Юге, среди всей этой неразберихи, я на такую мелочь, как сахар, и внимание перестал обращать. Тут кто только чем не травится.

— Цивилизация Земли в каком-то смысле была построена на химической обработке продуктов, — продолжала Айяна, заворачивая малую в пелёнку. — Пойдём-ка искупаем этот лепесток чайны.