Сестра Мари-Клотильда никаких ярлыков на меня не навешивает. Заядлая курильщица в молодости, предпочитавшая крепкие сигареты «Голуаз», она своим хриплым голосом рассказывает мне совершенно неуместные здесь анекдоты, посмеиваясь себе под нос, клянет Бога последними словами за никчемность этого мира. Мне нравится смотреть, как она ходит, покачивая бедрами, будто на ней до сих пор туфли на пятнадцатисантиметровых каблуках с блестками, а не стоптанные башмаки. То, как она непроизвольно скрещивает ноги, когда садится, или расправляет плечи, выпячивая силиконовую грудь, меня восхищает, а мать-настоятельница при виде такого в ужасе округляет глаза. Мари-Клотильда — одна из немногих, даже, пожалуй, единственная, если не считать моего брата, кто говорит со мной, несмотря на мой обет молчания. Покидая меня, она обычно повторяет:
— Абигаэль, детка, не беспокойся, я каждый день молюсь за тебя!
Толку от ее молитв нет совершенно никакого, но, когда она рядом, мне не так одиноко.
Впрочем, вернемся к моему брату, вернее, к Зоэ Буажоли.
Габриэль говорил о Зоэ постоянно. Вскоре об этой девушке мне было известно все до мельчайших подробностей, хотя я никогда с ней не встречалась, она же не знала обо мне ничего, кроме небылиц, которые Габриэль наверняка ей рассказывал.
Если вкратце, Зоэ была полной противоположностью Габриэля. Ничто не предвещало их любви, и надо признать, в том, как зародилось их чувство, есть что-то романтическое. Возможно, существует какой-то основополагающий закон вселенной, согласно которому свет и тьма вечно стремятся слиться воедино. Так или иначе, вскоре я увидела в Зоэ радикальный способ отдалить от себя Габриэля, и такая перспектива озаряла радостью мои дни.
Так кто же на самом деле эта Зоэ Буажоли? Вот что я могу вам о ней рассказать: в ее детской медицинской карте на странице, куда заносят рост и вес ребенка, ее физические параметры неизменно оказывались четко посередине диапазона нормы. Зоэ всегда была в середнячках по весу, росту, успеваемости в школе, по размеру обуви, по своим спортивным и музыкальным способностям. Она из семьи среднего класса; ее родители, Жюли и Реми Буажоли, — среднестатистические французы, которые, судя по всему, прекрасно воспитали двух дочерей в атмосфере любви, доверительных бесед и открытости суждений. Они из тех родителей, кто наделяет ребенка крыльями, а не обрубает их. Сестру Зоэ зовут Алина. Между своими декретными отпусками она работает директором по маркетингу в ведущей косметической компании Франции. К Алине, чья роль в этой истории приобрела неожиданный для меня масштаб, я еще вернусь, а сейчас попробую сосредоточиться на главном.