Мадам Мишле продолжала вызывать полицейских, даже когда мой отец убедил их, что она сумасшедшая старуха, которой слышатся голоса, даже когда представители правоохранительных органов перестали реагировать на ее звонки.
Мадам Мишле отдала все свои сбережения Габриэлю в тот день, когда он ушел из дома.
Мадам Мишле приходила поплакать над моей могилой каждый месяц, пока не умерла сама, она приносила цветы и маршмеллоуHaribo Tagada со вкусом клубники.
Я позволяю побегу расти, разветвляться. Чувствую, что трещина в крышке расширяется. А ведь не прошло и десятой доли секунды. Расползающееся дерево налилось силой.
Две десятых секунды.
Я думаю о матери Селины, которая бежала на каблуках, чтобы вручить мне золотистый пакетик. Вспоминаю, сколько доброты было в ее извиняющемся взгляде.
Я думаю об улыбающемся продавце книг, позволявшем мне весь день читать в его магазине и рекомендовавшем мне разные книги, никогда не требуя их покупать.
Я думаю о том, как мама заплетала мне косички, как приговаривала «ангел мой, сокровище мое, чудо мое», как она танцевала на кухне под самую прекрасную песню на свете.
Я думаю о докторе Гарнье, который помогал Алине, и о докторе Ассан — она искала и нашла Габриэля после его ухода из дома. Доктор Ассан не бросила моего брата, не отмахнулась от него, она продолжает беседовать с ним дважды в неделю и снимает трубку, в какой бы час он ни позвонил.
Я думаю о бесконечной любви всех на свете матерей, об их решимости, огромнейшей силе и мужестве, — о тех, кто молча несет на своих плечах ответственность за будущее нашего общества.
Я думаю о Зоэ. Участливой, любящей, всегда готовой утешить, прийти на помощь. О Зоэ, спасшей моего брата.
Я думаю о Габриэле. О Габриэле, который с десятилетнего возраста вставал между отцом и матерью. Мне вдруг вспоминается, как он надевает мне на голову наушники от своего плеера, приклеивает светящиеся звезды на потолок бойлерной, протягивает «Семейку Жизнелюбских в Америке» и говорит: «С днем рождения, Аби!» Я вспоминаю улыбку моего заботливого брата, вспоминаю чувство полной безопасности, возникавшее, когда он находился рядом с мной. Я думаю о Габриэле, который сделал все от него зависящее, чтобы спасти Алину.
Три десятых секунды.
Я думаю обо всей той любви, что существует в мире, о тех, кто решается протянуть руку помощи ближнему, хотя ничто не заставляет их это делать, о тех, кто отдает, не ожидая ничего взамен, о тех, кого забудут, о ком никогда не напишут в исторических книгах, но кто каждый день своими незаметными поступками потихоньку спасает человечество.