Глава 5 Внешнее управление
Страница 40 из 213
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 5 Внешнее управление

Страница 40

— Выше пошло, — говорит она. — Днём сюда черное не заходило еще.

Потом она подаётся вперёд на локтях и выползает из-под ската.

— Лежи, — говорит мне Ярина, хотя я и так лежу.

Отсюда видно поляну, насколько её освещают угли. Кира присаживается у соседнего шалаша, говорит с Грачом. Он что-то бурчит в ответ, недовольно, как человек, которого разбудили, хотя он не спал. Потом она у Ушака. Потом у сосны, над Туром. Тур хрипло бросает ей что-то короткое, она не отвечает и не уходит, пока не закончит. Дольше всего сидит у носилок, согнувшись над Коршем, тёмная против красных углей.

Ярина тем временем выбирается к костру и возвращается с мокрой тряпкой. Кладёт мне на лоб. Вода тёплая, котелок весь вечер стоял у огня, но всё равно легче.

Кира возвращается. Под скат не лезет, садится на колени перед нами, у самых голов.

— Не так все идёт, — говорит она тихо. — Затягиваться должно, хоть по краю, хоть чуть. А оно назад тянет. Тёмное шире стало, чем днём. У тебя. У Грача в ноге. У Ушака. Даже у лесного. — Она ищет слово. — Будто тут всё быстрее гниёт. Дома так не бывает.

— А Корш?

— Корш ровно. Пока.

Смотрю мимо неё, в сторону топи. Глазами там ничего нет, одна темнота и туман над водой. Но с утра у меня есть другое зрение, и в темноте оно работает так же, как днём. Над топью фон стоит густо, плотной подушкой, к нашей поляне редеет, но не кончается. Мы лежим под самым его краем вторые сутки.

Под фоном всё растёт быстрее. Лес у кромки буйнее обычного, ягода крупнее, трава поднимается выше пояса. Я видел это с первых дней и ни разу не додумал до конца. Тесто в тёплом углу подходит быстрее, чем на холодном подоконнике, и ему всё равно, хочет хозяйка пирогов или нет. Та дрянь, что заводится в ране и гноит её, тоже живая. Значит, и ей здесь тепло.

Каждый час здесь для неё идёт как два в обычном лесу. А может, как три.

— Уходить надо, — говорю. Громко не получается, но в тишине слышно. — С рассветом. Как бы ни было.

Кира оборачивается к носилкам.

— Растрясём.

— Тут сгниём. Все. И он тоже.

Из соседнего шалаша скрипит голос Грача:

— Верно. Тут не лечиться. Тут гнить. На рассвете пойдём.

Кира долго молчит. Угли за её спиной потрескивают, один раз стреляют искрой.

— На рассвете, — говорит она наконец.

Она не ложится. Сидит на коленях, смотрит то на меня, то на соседний шалаш. Потом, не вставая, перебирается к Грачу.

— Амулет дай, — говорит ему тихо.

Грач что-то бурчит, лапник шуршит, и она возвращается с гайтаном в руке. В свете углей виден тёмный камень на нём.

— Нога у него вроде держит, — говорит Кира. — А рука у тебя слишком быстро темнеет. На ночь возьмёшь. Утром погляжу.

назадназад
1 ... 38 39 40 41 42 ... 213
впередвперед