Глава 25. Оля
Страница 44 из 51
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 25. Оля

Страница 44
на дорогу. – Мы оба облажались, – сказал он просто. – Но он жив. С ним всё будет хорошо. Это главное. Я хотела что-то сказать. Опровергнуть. Доказать, что это я, только я. Но не могла, потому что он был прав. Мы оба. И в этой общей вине было что-то такое, что делало нас снова вместе.

Глава 25. Оля

Глава 25. Оля

Мы вернулись домой почти в полночь. Фейерверки уже хлопали в соседнем дворе с эхом разрывая тишину сибирского неба разноцветными вспышками. Где-то за забором соседи кричали «ура», смеялись, запускали петарды. Воздух пах дымом и мандаринами – странное, почти забытое сочетание, от которого у меня защипало в носу. Очень новогоднее, прямо как раньше. Илья сидел на заднем сиденье тихо, прижав к груди загипсованную руку. Бледный, уставший, с тёмными кругами под глазами, но мужественный до невозможности. Губы сжаты в нитку, взгляд устремлён в небо на пролетающие вверх огни. – Илюх, ты нормально? – обернулся к нему Саша. Голос спокойный, но я видела, как напряжены его плечи, как побелели костяшки на руле. – Нормально, – ответил сын слишком взрослым голосом. Твёрдо. Почти сухо. От этого «нормально» у меня внутри всё снова сжалось в тугой, болезненный комок. Мы почти бегом занесли его в дом. Я придерживала дверь, Саша нёс Илью на руках, аккуратно, чтобы не задеть больную руку. Снежок радостно бежал вприпрыжку домой, путаясь под ногами. В зале стоял накрытый стол. Салаты в глубоких тарелках. Утка, запечённая до золотистой корочки. Свечи в подсвечниках, которые я собиралась зажечь. Всё красиво. Всё правильно. Всё абсолютно бессмысленно. Телевизор гудел фоном – дикторша в красном платье что-то говорила торжественным голосом, отсчитывала последние минуты уходящего года. – Мы всё успеваем, – сказал Саша, глянув на часы. Стрелки показывали без пяти двенадцать. Успеваем. Как будто это было важно. Как будто праздник имел значение после того, что случилось. Я помогла Илье снять куртку. Он осторожно просовывал здоровую руку, потом замер, когда ткань задела гипс. Морщился, но терпел. Только зубы сжал сильнее. – Садись сюда, – я подвинула стул поближе к столу, подложила подушку на спинку, чтобы удобнее было. – Сейчас будем Новый год встречать. Последние минуты. Под ёлкой сына ждали коробки. Мы с Сашей положили их туда сегодня, завернули в блестящую бумагу, повязали банты. Казалось, это было в другой жизни. До больницы. До перелома. До того, как я всё испортила. Куранты начали бить. Один. Два. Три. Я поймала себя на том, что не загадываю желание. В голове было пусто и холодно. Только одна мысль, навязчивая, как зубная боль: пусть с сыном будет всё хорошо. Пусть рука срастётся. Пусть не останется ничего, кроме воспоминания об этой глупой горке. Илья неловко разворачивал свои подарки одной рукой. Я помогала, но он дёрнулся, хотел сам. Упрямый. Весь в отца. Из коробки выехала машинка

назадназад
1 ... 42 43 44 45 46 ... 51
впередвперед