Глава 18. Оля
Страница 29 из 51
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 18. Оля

Страница 29
не уверенной, что спастись можно только бегством. Что дверь за спиной – это всегда выход. Иногда это всего лишь дверь, а за ней тот же холодный коридор, только без этого жёлтого света в конце. Я зашла домой, сняла валенки, повесила куртку. Письмо горело в моей памяти, как клеймо. От него теперь было не отмахнуться. Оно разделило всё время на «до» и «после». «До» — я могла делать вид, что не знаю, что Саша чувствует. «После» – знала. И теперь мне нужно было решить, что я буду с этим знанием делать. Я прошла на кухню, поставила чайник. Механические движения успокаивали. А в голове, чётко и холодно, зрела мысль: Он дал тебе шанс. Пусть опять молча. Своим дурацким, честным письмом. Теперь твой ход. Или ты снова начнёшь кричать. Или попробуешь сказать что-то сама. Без крика. Чайник зашумел закипая. От Саши пришла смс-ка, что у них всё хорошо. Господи, это было так неожиданно и так трогательно. Он написал мне, чтобы я не переживала. Теперь мне стало ещё хуже оттого, что я на него наорала. Как же стыдно... Извиниться перед Сашей за свою истерику? На это не хватило смелости. Я лишь ответила, что не нахожу себе места после нашей стычки. За окном выла метель. Где-то там, в этой белой тьме, Саша везёт нашего сына и нашего песца домой. А я стою здесь, в тепле, и держу в руках невидимый ключ. От его молчания. И от своего бегства. Осталось только понять, в какую сторону повернуть.

Глава 18. Оля

Глава 18. Оля

Когда я услышала, как во дворе заглох двигатель, сердце ударило так, будто меня поймали на чём-то постыдном. Я стояла на кухне, опершись ладонями о стол, и смотрела в одну точку. Чайник давно вскипел и выключился, а я всё не двигалась. Письмо Саши сидело под кожей, как заноза. Дверца машины хлопнула. Потом вторая. Голоса. – Осторожно, Илюх, не спеши! – Я держу двери, пап! Я закрыла глаза на секунду. Вдохнула. Надела на лицо спокойствие, как пальто, которое давно мало, но всё ещё держится на плечах. Дверь в дом открылась, впуская холод. – Мам! – Илья ворвался первым. Щёки красные, глаза горят. – Всё хорошо! Дядя Ваня сказал, что Снежок просто простыл! За ним вошёл Саша. Куртка в снегу, волосы влажные от растаявших хлопьев. В руках аккуратно закутанный в плед песец. Он держал его осторожно, как ребёнка. Я смотрела на них и впервые за этот день не почувствовала раздражения, только облегчение. – И что сказал ветеринар? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал не слишком заинтересованно, хотя на самом деле я переживала за эту животинку. – Ничего страшного, – ответил Саша спокойно. – Простуда. Ваня назначил лечение. Справимся. Илья уже разувался, торопливо рассказывая, как Снежок чихнул прямо на стол, как дядя Ваня сказал, что он «мужик». Я слушала сына и краем глаза наблюдала за Сашей. Он молча прошёл в комнату, опустил песца на пол, снял куртку. Движения точные, собранные. Без резкости. Раньше меня это бесило. Эта его способность держать лицо, даже когда всё горит. Казалось, что ему просто всё равно. Сейчас я видела иначе. Он не прятался. Он сдерживался. Я поймала его взгляд, когда Илья убежал наверх за тетрадью, чтобы «записать лечение». Мы остались в кухне вдвоём. Саша первым нарушил молчание. – Я купил сироп, – сказал он, будто это было важнее всего. – Его нужно давать по схеме. Я сам буду. Я сам буду. Он не добавил «чтобы ты не переживала». Не добавил «чтобы ты не нервничала». Не добавил "чтобы щенок, которого ты сама притащила, тебя не бесил». Просто сказал и всё. Я кивнула. – Хорошо. Мы оба понимали, что речь не только о сиропе. Он стоял чуть напряжённый, плечи жёсткие, будто готовился к моим новым нападкам. И я вдруг ясно увидела то, чего раньше не замечала: Саша совсем не умеет ругаться. Он умеет терпеть. А потом уходить в молчание, как в убежище. И я это молчание всегда принимала за безразличие. Я смотрела на бывшего мужа и будто видела его впервые в жизни. Он прошёл мимо меня к раковине, вымыл руки. Я смотрела на его спину – широкую, прямую, сильную.

назадназад
1 ... 27 28 29 30 31 ... 51
впередвперед