Сатрап рассчитывал в лучшем случае просто продемонстрировать силу и решимость, собрав в тронном зале всех самых могучих одарённых Рур-Хэ. А если случилась бы драка, то спеленать молодого и горячего Смотрителя Гирсы не должно было составить труда. Но Темные разгадали его план. Тело Меркара ещё не остыло, чтобы отторгнуть камни Набу, а м’ер-Са’эри уже на пороге его дворца.

«Ашшура должны были заковать в Комплект Усмирения и посадить в темницу», — сатрап только сейчас понял, насколько яростно начал грызть ноготь большого пальца, тем самым выдавая собственную нервозность. — «А за время, пока Темные очухаются, я успел бы поглотить эти камни».

Но планам правителя Рур-Хэ не суждено было сбыться. В Гирсу явился сам Шамаш — Высший м’ер-Са’эри. А через три часа из портала вышла Хозяйка Ти-ира с внушительным отрядом элитных воинов.

Сатрап бегло прошелся взглядом по собравшимся в тронном зале людям. Сорок сильнейших гильдейских чародеев, восемь эдат и я. Сила, способная завоевать любое королевство Эреду, но, вероятно, недостаточная против нескольких Темных.

— Владыка, — к трону вплотную подошёл его старший советник и едва слышимым шёпотом начал докладывать, — Регулярная армия вошла в Гирсу и движется ко дворцу. Наши воины могут начать атаку на Темных сходу. Ты уже принял какое-то решение?

Мехмар снова стал грызть тот же самый ноготь. В его голове развернулась настоящая война между непреодолимым желанием существенно продлить собственный век за счёт мир-камней Набу и инстинктом самосохранения. И сатрап даже не подозревал, что покорная поза верного советника — со склонённой головой и рукой на груди — несёт ещё больше угрозы его жизни, чем пока ещё не начавшееся противостояние с м’ер-Са’эри. Всё зависело от его ответа здесь и сейчас. Сильнейшие гильдейские маги не горели желанием вступать в заведомо проигрышный бой ради интересов Мехмара и были готовы устроить переворот по команде Замира эм-Суана немедленно, как только он подаст условный знак.

— Мы покоримся воле Темных Хозяев, — сквозь зубы произнёс правитель Рур-Хэ. — Впустите их во дворец. Пусть забирают камни.

— Мудрое решение, Владыка, — ещё ниже склонил голову советник, и не разгибаясь отступил от трона на два шага назад. — Я распоряжусь, чтобы гостей приняли по достоинству.

По тронному залу пронёсся вздох облегчения, и не успел он стихнуть, как с противным скрежетом на одной из стен раскрылась самая настоящая мембрана межмирового прохода, из которой тут же выступили две странные на вид фигуры — чрезмерно высокое и широкоплечее существо в бесформенном балахоне и капюшоне, полностью скрывающем лицо, и пугающего вида тварь с синей кожей, сплошь покрытой татуировками-шрамами.