Глупые «синие»! Зачем нужно было нападать на чудовищ⁈ Если ты везешь невесту домой⁈
Никто, ни одно племя не примет ее. Он — живой мертвец, она — изгой.
И чудовища, разумеется, это знали…
Или нет?
Девушка прикрыла глаза и вспомнила одного из чудовищ. Того, которого увидела первым.
Высокого.
Когда он достал нож, она приготовилась умереть окончательно. Молча, потому что никто не слышал мольб о пощаде от орка. Но он не убил ее. Напоил водой. И назвал словом «Тананда».
Что в переводе с древнего языка означало «самая прекрасная».
Тучка встала и пошла к коням.
На Равнине ей больше не жить. Придется придумать что-то другое.
Она еще раз посмотрела в сторону красного неба.
— Пороть взрослую девушку — это извращение!
— Веди себя как взрослая — получишь соответствующее обращение.
— Можно было просто сказать!
— Можно. И я говорил. Сколько раз?
Молчание.
— Из-за тебя мы чуть не встряли в серьезную переделку. Вместо того чтобы спокойно положить орков на подходе. Из-за тебя ранен Кен.
— Но пороть-то зачем? Больно же!
— Во-первых, если ты не понимаешь головой — придется достучаться до тебя с другого конца. А во-вторых — я обещал? Обещал. Получи.
— Но…
— Разговор окончен.
— Хватит цапаться, — прогудел от костра Смит, — Идите есть.
Шефанго остановились на ночь, отпустили ящеров попастись и теперь ждали кашу, пыхтевшую в котелке над костром.
— А где Кен и Багира?
— Вон, — Смит махнул поварешкой в сторону сухого дерева, причудливо искривившегося на фоне звездного неба, — Там Кен, а Багира с другой стороны.
Харли взяла переданную ей миску и прищурилась:
— А чего он там делает?
— Караулит. Чтоб коварный враг не подкрался к нам с тылу.
— Почему нельзя возле костра…
— Харли, — тихо произнес Сардж.
— Я просто спросила!
— Потому что когда ты сидишь у костра, твои глаза не смогут быстро адаптироваться к темноте, и ты проглядишь врага.
— И долго ему там сидеть?
— Ну, вот доешь кашу — и сменишь его.
Командир посмотрел на Харли так, что та даже рот не открыла.
— Вопросы есть? Вопросов нет. Караулить будем по двое каждые два часа.
Смит отошел к фургону и вернулся с квадратной бутылкой:
— Будете?
Виски пошло по кругу.
— Неправильно, — хмыкнул Док, — Не по-русски — из горла хлебать. Нужны какие-никакие стаканы.
— Мы теперь не русские. Мы даже не люди уже. Мы — шефанго. Мы ездим по степи на верховых ящерах и отстреливаемся из винчестеров от орков. Так что имеем право придумать свои собственные традиции.
— Может, мы ковбои? — Харли, видимо, противоречила Сарджу из чистого принципа, пытаясь взять реванш там, где не запрещено.
— Ковбои не пили виски у костра. Они пили кофе и играли на банджо. Кофе у нас нет, банджо — тоже.