С неба стали падать иголки, и я поднял парочку, которые тут же переломились, насквозь промороженные.

— Слёзы мне в печень! — Виол вытаращил глаза, — Что это за монстры?. Как их смогли приручить в Храме⁈

— Это древнее защитное заклятье, — прошептала Креона.

Я поджал губы. Если честно, мне так не казалось… Не были похожи эти «морозные псы» на заклинание, сотворённое человеком.

— А почему мы на озере? — спросил я.

— Они черпают силу из земли, им нужен контакт…

Мы с Виолом переглянулись. Видимо, подумали об одном и том же — как связаны магия холода и магия земли?

А псы, громадные вихри из ледяной крошки, и вправду застыли на берегу озера, не желая двигаться дальше. Но они и не уходили.

Пара отправилась вдоль берега, чтобы обойти и занять позиции там. В конце концов, они распределились так, чтобы с озера у нас не было выхода никуда.

— Почему они проснулись? — испуганно произнесла Креона, — Как и «морозная гряда», эта магия на последний день, когда Храму грозит смертельная опасность.

— Приятно, что они оценивают нас всерьёз, — проворчал я.

Кутень, который стоял рядом и рычал на морозных исполинов, покосился на меня. Я покачал головой — ледяные псы были в разы больше, и от них разило невероятно могучей магией.

— В Храме открываются ворота, — сказал Виол, прислушиваясь, — Тревожный колокол так и бьёт.

— У нас нет времени ждать гостей… Креона, рассказывай, что это за магия.

Чародейка заметно растерялась.

— Ну… я совсем не владею ей… Нас учили только тому, что от них есть спасение на воде, это каждый алтарник знает, как молитву Моркате.

— Им нельзя ступать на лёд?

— Видимо, да.

Я оглядывал зависшие силуэты, прикидывая, что можно было бы сделать с ними. Может, опять шарахнуть тёмно-огненным взрывом и растопить здесь всё?

Мы слишком близко, и я не удержу щит. А если и удержу, потрачу на него абсолютно все силы.

Впрочем, если мы аккуратно, и Кутень рассчитает силы…

Я быстро начертал символ вихря, затем мазнул по нему кровью. Кутень тут же сорвался следом, усиливая вихрь своей тьмой.

До берега было совсем недалеко, и я метил как раз в одного из псов. Но тот, открыв пасть, вдруг метнул навстречу такой же вихрь, только из синего пламени…

Заподозрив неладное, я отозвал цербера. Тот нырнул в портал, и в этот момент два вихря, встретившись, просто исчезли. Осталось только небольшое облако пара.

— А ты умён, — усмехнулся я, глядя в прозрачные глаза зверя.

Вихревой пёс крутился на берегу, завывая ветром. Другие тоже кидались в нашу сторону, как обычно делали все дикие звери, и рычали. Но на лёд не ступали.