Пока он крутил головой, я разглядел татуировку. Это был лучевийский вариант, но я всё равно легко прочёл её. И, кажется, поспешил с выводами — это ещё даже не маг, а всего лишь старший послушник, второй ранг.

Видимо, обучаясь магии огня где-то в Лучевии, он быстро смекнул, что выше таланта не прыгнет, и искать удачу надо там, где мало магов. Почему он решил, что нет лучше места, чем банда головорезов, я так и не понял.

Глупо было рисковать, и я остановился в паре шагов от Деметриуса, прикидывая, достану ли до него Губителем. Не привык я ещё к такой магической мощи, и решил подстраховаться мышцами и оружием.

Под моим сапогом хрустнули угольки из чьих-то пальцев, и Деметриус соизволил вернуть свой взгляд ко мне.

— Что же ты не подходишь ближе, бросс? — он сам шагнул вперёд и, оскалившись, с силой сомкнул челюсть, а потом раскрыл рот, чтобы с чувством выдохнуть в мою сторону, — Х-ха-а! — и зловеще расхохотался.

Когда меня коснулся уже поднадоевший запах чеснока, я всё же позволил себе удивиться. Нет, мне приходилось встречать глупцов, но таких вестников тупости, хохочущих в полной тишине, впервые. Да уж лучше бы попытался убить меня огненной магией!

Он хохотал и хохотал, запрокинув голову… Наконец, до крохотных мозгов Деметриуса что-то дошло, и он недовольно скривился, увидев, что я ещё не повержен.

— Ну, значит, ты не тот, — и выкинул руку, складывая пальцы в магическом плетении, — Сдох…А-А-А-А!!!

Он даже не заметил, как сверкнул мой топор, а его пальцы, точнее, вся кисть, кровавой дугой отлетела в обугленную траву, где и упокоилась. А я оценивающе тронул лезвие Губителя и одобряюще кивнул.

— Ты… бросская шваль! Ты… ах… ох! — Деметриус аж начал задыхаться, упав на колени, зажимая целой ладонью культю и круглыми глазами разглядывая мантию, обагряющуюся кровью, — Я же уничтожу… тебя… ах! Даже не знаешь, кто за мной стоит! Ты… будешь молить…

— Ну одна же осталась, — буркнул я, шагнув к нему, — Я добрый.

Тот даже успел целой рукой схватиться за пояс, явно намереваясь использовать ещё какой-то артефакт. Короткий хрустящий удар коленом в лицо… Послушник зашатался, схватившись за окровавленный нос и закатывая глаза, а я в этот момент его культю и просто прижёг магическим огнём.

Деметриус жалобно всхрапнул и, завалившись, просто отключился.

— Да смердящий свет! — я выругался, поняв, что для этого жалкого недоноска столько боли оказалось слишком много, — И что теперь, ждать, когда очухается⁈

Вот что мне не достаёт в теле Малуша, так это изящества Всеволода. Даже хлёсткую пощёчину не влепишь, обязательно шею свернёшь!