Я прислушивался к себе и мысленно молил мироздание, чтобы хватило сил, ведь никогда я не включался так надолго, а если силы начнут иссякать, нам конец, потому что сейчас победа держится на мне. Да, бразильская команда в целом крутая, но супер-пупер финалистов у них нет. Только Неймар.

То же самое говорил Непомнящий, каждому игроку находя теплое слово. Наконец очередь дошла до меня.

— Саша, ты как?

— Нормально! — нарочито бодро ответил я и вскинул кулак. — Я-стена. Парни, тренеры все правильно говорят. Выполняйте свою работу. Я спасу.

Следующие полчаса пролетели как во сне. Бразильцы навалились всей командой, под конец даже их вратарь отирался в нашей штрафной, но где-то мы играли на отбой, где-то я выручал… Короче, выстояли.

Дальше серия пенальти, где я суперстар с моей-то эмпатией…

Эмпатия! От осознания я до боли стиснул челюсти. Уверенный в том, что просижу всю игру на скамейке, я не подучил португальский. А значит, не буду знать, куда хочет бить бразилец!

Осел. Баран, блин! Я напряг память, пытаясь извлечь оттуда хоть какие-то португальские слова, но вспомнились лишь бразильские ругательства, которые мне вряд ли помогут. Можно сказать, мое преимущество потеряно.

Настроение сразу рухнуло, будто бы я уже проиграл.

Это же надо так бездарно слить в унитаз свой шанс! Сейчас как облажаюсь, и все скажут: «А Игорь отбил бы! Выпустили щегла желторотого, он все и испортил». И плевать на прочие мои заслуги. Стоит единственный раз оступиться, и все, собака ты сутулая кривоногая, от которой один вред. И вообще, этот проигрыш будет на мне. Потому надо постараться.

Включить «лучшего»? Но, если заподозрят неладное, могут и проверить, и тогда хана, команда осталась без вратаря, а моя футбольная карьера закончена.

Так, стоп! Не все потеряно! Несмотря ни на что, я остаюсь нечеловечески быстрым, просто надо собраться, сконцентрироваться на противнике, сыграть в покер с мячом.

Подойдя к своим, что кучковались у скамейки, я сказал:

— Мужики, вы забейте просто. А уж я постараюсь.

Ко мне подошли Карпин и Тихонов.

— Саня, ты держался молодцом! — похвалил Георгиевич. — Не сомневался в тебе ни минуту, в отличие от некоторых товарищей.

Он покосился на Тихонова, который просто молча похлопал меня по спине и посмотрел с такой надеждой, что я таки решился и направился к воротам.

— Эй, — окликнул меня Акинфеев, и я обернулся. — Удачи!

Он сжал левую руку в кулак, правая лежала на перевязи. Стало неудобно, что я не спросил о его травме. Утешился тем, что, скорее всего, никто пока ничего не знает, нужно проводить диагностику, а в столь ответственный момент Игорь не может покинуть поле, ему нужно видеть, как закончится серия пенальти.