— Капитан. Я уж думала, вы сегодня не придёте.
— Много дел. Завтра вылет.
— Я слышала. Зацепин заходил — просил бинты и йод. Говорил, будет жарко.
— Будет, — подтвердил Скиф.
Он опустился на табурет. Лида пододвинула ему кружку с чаем — на этот раз с мятой, как она и обещала.
— Как ваши курсанты? — спросила она.
— Учатся. Спорят, но учатся. Завтра первая группа выпускается.
— И куда их?
— По полкам. Кто-то — под Смоленск, кто-то — под Ельню. Там сейчас горячо.
Лида кивнула. Она знала, что такое «горячо». Каждый день через её руки проходили десятки раненых — и многие из них были пилотами.
— Новостей о Куронене нет, — тихо сказал Скиф.
— Я знаю.
— Я проверял. Запросил сводки за последние две недели. Ничего.
— Я всё равно жду.
Он посмотрел на неё. Всё та же светлая грусть в глазах, всё та же решимость. Она не сдавалась. И он уважал это больше всего.
— Я завтра полечу, — сказал он. — Если вернусь — зайду.
— Возвращайтесь. Я заварю свежий чай.
— С мятой?
— С мятой.
Они улыбнулись друг другу. И в этой улыбке было всё, что они не могли сказать словами.
--
Вылет назначили на рассвете.
Двадцать машин — эскадрилья Зацепина и сводная группа Скифа — стояли на линейке, прогревая моторы. Гул десятков двигателей сливался в низкий, утробный рёв. Над аэродромом висел лёгкий утренний туман, обещавший скорый дождь.
Скиф сидел в кабине своего «Ишачка». Одиннадцать звёздочек на борту — одиннадцать сбитых. Соколов, как всегда, стоял у крыла.
— Ну что, командир. Давно вы не летали на боевые.
— Давно. Соскучился.
— Только вы поосторожнее. А то привыкли курсантов гонять — забудете, что немцы тоже стреляют.
— Не забуду.
Мотор взревел. «Ишачок» дрогнул и покатился к взлётной полосе. За ним — остальные.
Шли на запад, к Ярцево. Внизу проплывали леса, болота, редкие деревни. Где-то там, на земле, уже шли бои — Скиф видел вспышки разрывов и столбы дыма.
Приёмник ожил:
— Седьмой, я — База. Видим цель. Танковая колонна движется по шоссе к Ярцево. До полка, с пехотой на бронетранспортёрах. Прикрытие — зенитки и четыре «мессера» на высоте.
— Понял, База. Работаем.
Зацепин уже повёл эскадрилью на штурмовку. Его машины посыпались вниз, поливая колонну пулемётным огнём. Один танк задымил, другой, третий. Немцы открыли ответный зенитный огонь, и небо расцвело трассерами.
Скиф повёл свою группу на прикрытие. Четыре «мессера» уже спускались с высоты, заходя в хвост эскадрилье Зацепина.
— Воронов, свяжи их! — приказал Скиф.
— Принял!
Звено МиГов Воронова пошло на перехват. Скиф развернул пару — он и Гасанов — и зашёл со стороны солнца. Ведущий «мессер» заметил его слишком поздно. Очередь прошила фюзеляж, и немец задымил, уходя вниз.