Потом мы лежали, обессиленные, и смеялись над тем, что забыли закрыть шторы. Она сказала, что соседи, если они тут есть, теперь имеют полное право требовать компенсацию за моральный ущерб.
— Ты был громким, — заметила она.
— Я был громким?! — Я приподнялся на локте. — А кто стонал так, что стёкла дрожали?
— Это сквозняк.
— Сквозняк стонет моё имя?
— В этом доме — да.
Я засмеялся. Прижал её к себе. Внутри было тепло и спокойно. Так, как не было никогда.
— Кофе? — спросила она.
— Кофе.
Она встала, завернулась в мою рубашку, что валялась на полу, и пошла на кухню. Я смотрел ей вслед и думал: «Моя. Полностью. Окончательно».
Кофе был растворимым. Самый дешёвый, из тех, что продаются в супермаркетах в пакетиках по три в упаковке. Но она заварила его с такой грацией, будто это был элитный сорт с плантаций Гватемалы. Протянула мне кружку. Я отпил. Поморщился.
— Гадость, — сказал я.
— Зато бодрит.
— Это не кофе, это оскорбление кофе.
— Пей давай, принцесса.
Я отпил. Она сидела напротив в моей рубашке, и смотрела на меня. В её глазах было что-то новое. Не лёд. Не вызов. Тепло. Искры. Жизнь.
— Мне нужно позвонить Игорю, — сказал я. — Пора запускать наш безумный план.
— Уже?
— Чем раньше, тем лучше. Волконский не ждёт.
Я набрал брата. Гудки. Три. Пять. Ответил.
— Дань? Ты чо в такую рань?
— Встретимся через час. Скину гео.
— А что за срочность?
— План. Убойный. Приезжай.
— План? — В его голосе проснулся интерес. — Это я люблю. Буду.
Я повесил трубку. Аня всё ещё смотрела на меня.
— Ты уверена, что Игорь справится? — спросил я.
— Он твой брат, — она пожала плечами. — В нём та же кровь. Он сможет.
— Он бабник.
— Вот именно, — она улыбнулась. — Для такой миссии нужен профессионал.
Кафе встретило нас запахом кофе и корицы. Дядя Коля, увидев меня второй раз за два дня, понимающе хмыкнул в бороду и не стал задавать вопросов. Просто кивнул на дальний столик.
Игорь уже ждал. Сидел, развалившись на стуле, и лениво помешивал чай. Выглядел как обычно — небрежно-стильный, с вечной усмешкой на губах. Но я знал: за этой маской скрывается острый ум и стальная хватка. Не зря он Строганов.
— Ну, — сказал он, когда мы сели. — Рассказывайте, заговорщики. Что за план?
Я посмотрел на Анну. Она кивнула. Я начал.
— Ты помнишь Катю Апраксину?
— Катю? — Он усмехнулся. — Ту, что отшила меня на первом курсе? Единственную девушку, которая сказала мне «нет»? Конечно, нет. А что?
— Она теперь королева Волконского.
— Знаю, — он помрачнел. — Видел их на вечеринке. Танцуют, как два робота. Противно.
— Мы хотим, чтобы ты её соблазнил.
Он поперхнулся чаем.