Я не понял почти ничего. Только слово «горничная». Та самая женщина, которая иногда приносила мне какао и однажды зашила ухо плюшевому волку. Людмила.
Пётр швырнул рубашку в сумку.
— Прекрати.
— Почему? Боишься, что мальчик узнает, ради кого его бросают?
Меня не могли бросить. Бросают ненужные игрушки, собак на дороге, мусор. Детей не бросают. Папа сам говорил. Я подошёл и схватил его за руку.
Саша
Мама всегда говорила, что на третий день после дождя земля пахнет сильнее всего. Я не знала, правда ли это, пока не вернулась с её похорон в дом, где даже окна закрывались бесшумно, и не стала каждое утро открывать своё настежь. Во дворе пахло мокрыми листьями, холодной травой и чужой богатой жизнью. Я стояла у окна, вдыхала эту смесь и ждала, когда среди неё появится знакомый запах маминого кофе. Он не появлялся.
Телефон завибрировал на столе. Я посмотрела на экран и не взяла трубку. Через минуту Карина позвонила снова. Мы познакомились всего несколько дней назад, но она уже разговаривала со мной так, словно имела полное право проверять, ела ли я, спала ли и почему сижу одна. Наверное, именно поэтому я ответила на третий звонок.
-Ты жива? -спросила она вместо приветствия. За её спиной звучала музыка, кто-то ржал и требовал помаду. -Скажи «да», а то мне реально придётся ехать и лично тебя вытаскивать.
-Да.
-Голос так себе. Сегодня прём в клуб. Я в девять у ворот.
Я перевела взгляд на мамину фотографию у кровати. На ней мы сидели на кухне нашей старой квартиры, прижавшись щеками. Мама смеялась, а я смотрела не в объектив, а на неё. Тогда мне казалось, что у нас впереди ещё много таких вечеров. Можно не беречь каждый, можно даже сердиться из-за мелочей. Память оказалась жестокой: лучше всего она сохраняла именно те минуты, которые я не догадалась ценить.
-Карин, я не пойду. Маму только похоронили.
Музыка на том конце стала тише. Карина куда-то вышла, и я услышала, как хлопнула дверь.
-Я в курсе, Саш. Не предлагаю тебе на три часа всё забыть. Просто выйдем. Посидим, если танцевать не вкатится, и я тебя отвезу. Не беси меня, не то расскажу твоей Светке, с которой мы с тобой в одном чате висим.
-Мне правда сейчас не до тусовок.
-А завтра будет до них? Через месяц? Ты сама решишь, когда тебе можно, или будешь ждать, пока какой-нибудь Аверин выдаст разрешение?
Я открыла рот и закрыла. Карина попала туда, куда не целилась. С утра Елена проводила меня взглядом по лестнице -спокойным, почти вежливым, но мне сразу захотелось проверить, не занесла ли я грязь на их светлый ковёр. Пётр спросил за завтраком, не нужна ли мне машина. Раиса принесла чай и не стала задавать вопросов. Все по-своему старались, чтобы я почувствовала: моё появление изменило привычный порядок дома. Только Макс не старался. Ему нравилось произносить это вслух.