Годива
Страница 64 из 132
Настройки чтения
18px
1.8
1

Годива

Страница 64
так близко, что было слышно шёлк, — и не остановилась, и не увидела.Взгляд прошёл по Айви — по капору, по лицу, по ручонке с подснежником — как проходит по ветке: не задерживаясь.На Айви так не смотрел никто. Никогда. Девочка росла невидимой — невидимой её сделали из любви: людская её не видела, и это было безопасно; деревня ей улыбалась; миссис Прайс носила на плечах; мама — спала рядом. Ей махали с плугов, ей говорили «барышня». На неё никогда не смотрели так, как смотрят на мусор. Дети этого не понимают — но узнают.— Она нас не видит, мама? — спросила Айви ровным своим голоском, глядя вслед.— Видит, милая, — сказала Элси так же ровно, как гладят. — Не оборачивайся.Она сама не оборачивалась. Она смотрела на затылок дочери и думала про гравий семнадцатого года, про «мусор на солнце» — тогда это было слово, и слова она умела выглаживать годами, до ровного полотна. Сегодня слова не было. Сегодня был взгляд, и на взгляд нет утюга. Он сказал — она не подойдёт; и правда: не подошла. Она не подошла так близко, как проходят мимо мебели.Подснежники выпали из рукавички ещё на середине луга. Поднимать не стали.Дома миссис Прайс спросила про цветы.— Отцвели, — сказала Элси.Больше никто в этой комнате не сказал ничего, и миссис Прайс больше не спрашивала: в этом доме немолодые женщины умеют то же, что Элси, — молчать.Нэн, шедшая в десяти шагах позади её светлости, не видела ничего. У неё это получалось лучше всех в этом доме.В этот же день Крис работал.Война кончилась полтора года назад, а счёт по ней шёл до сих пор, и в этом счёте было всё: крыши, которые не трогали с четырнадцатого года (материалов нет, рук нет — руки теперь стоили вдвое, и всё равно их не было); свинец с водостоков, который в шестнадцатом сдавали, как сдавали колокола; поля, которые в шестнадцатом гоняли под хлеб, а теперь возвращали в траву, — англичане в двадцатом году так же упрямо отвоёвывали у себя парадные луга, как отвоёвывали у немца. Была и «проблема служанок», про которую писали все газеты: после войны девушки шли на фабрику, в конторы, к телефону — в дома они больше не шли; Нэн теперь стоила как хороший рысак, и он это знал, и Нэн знала.Он разбирал бумаги так, как разбирал всё: по-армейски — сначала то, без чего нельзя жить, потом то, без чего можно не умирать. Крыши раньше статуй. Стоки раньше фонтанов. Двум арендаторам — отсрочка: у одного сын лежит во Фландрии, и в его недоимке Крис распорядился писать «по состоянию семьи», чтобы ни одна душа не смела спросить. Это тоже была часть войны,
назадназад
1 ... 62 63 64 65 66 ... 132
впередвперед