Мы движемся по коридору, как призраки – на цыпочках, почти не дыша… Я держусь за рукав Миши, сердце больно толкает ребра, в груди щемит… Пожалуй, никогда еще мне не было так страшно…
Каждый шаг кажется вечностью…
Старик стонет, его сын поддерживает его под локоть, девушка кашляет, прикрывая рот кулаком… Только бы получилось. Удивительно, но все мы работаем, как слаженный механизм… Никто не спорит и не просит одуматься или отступить…
– Вот эта дверь, – сипит паренек. – Только не убивайте…
– Первым идешь, а я мы поглядим, нет ли там засады, – произносит Роман.
Парень протискивается первым, мы ложимся на землю и следуем за ним, вмиг оказываясь на улице. Прохладный, пахнущий дождем воздух щекочет ноздри… Как же я по нему скучала, мамочки…
Я дышу им, захлебываясь, будто тонула и только что вынырнула.
– Возле главных ворот двое, – шепчет Роман, приказывая всем лечь.
И в этот момент мир будто раскалывается надвое.
Я вижу, как две фигуры у ворот падают – нелепо, тихо, словно из них вынули стержни. И тут же вечерние сумерки, повисшие в воздухе, будто взрываются огнем и звуком. Это не хаотичная перестрелка, а точные, выверенные удары снайперских винтовок. За ними следуют глухие, сотрясающие землю хлопки подствольников.
Один, второй, третий…
Бандиты падают, как подкошенные… Те, что бегут товарищам на подмогу, тоже падают...
Вой сирен, который несется к нам со всех сторон, превращается в победный клич.
Миша приподнимается на локтях, и его лицо освещает вспышка. Он смотрит на адский фейерверк, и по его щекам текут слезы.
– Наши… – неуверенно шепчет он, и его шепот перерастает в крик, полный боли и восторга. – НАШИ! МАМА, СЛЫШИШЬ?! ЭТО НАШИ! ОНИ ПРИШЛИ!!!
– Сынок, может, это бандиты? Я боюсь!
– Нет, мама, они пришли спасти нас!
А я не могу поверить… Зажимаю уши ладонями и присаживаюсь на корточки. Я столько раз прокручивала в голове нашу смерть, что разучилась представлять спасение. Внезапная, ослепительная надежда на будущее причиняет почти физическую боль. Она затапливает душу, выжигая дотла уныние, страх, боль, разочарование… Кажется, я и не дышала до этого момента.
Ложусь на землю, впитывая ее сумасшедшую вибрацию и вою навзрыд… Рваные всхлипы вырываются из груди, вымывая весь скопившийся за эти дни ужас… Я слишком долго держала все в себе… Больше не могу, не получается.
Я плачу, потому что мы живы. И будем жить!
Сквозь пелену слез я вижу, как из дыма выходят фигуры в тяжелой броне – солдаты спецподразделения. Они движутся спокойно, методично, как хозяева этого хаоса. Один из них подходит к нам и снимает шлем.