— Рановато, дед, — спокойно ответил Ловчий, нарезая лосятину на деревянной доске. — Степь спешки не любит. Еще пару дней в корсете походишь, пока до гор не доберемся.

— До гор? — переспросил Тимка, принимая кружку с чаем. — А что за горы, Святогор?

Ловчий посмотрел на юг, где за тёмной линией горизонта угадывались сизые, туманные силуэты далеких хребтов.

— Горный Рубеж, — ровно ответил он. — Там кончается Дикое Поле. Там стоят тяжелые каменистые Полисы. Место суровое — железо там ценят больше золота, а правят не Воеводы, а Техно-Волхвы.

— Техно-Волхвы? — завороженно переспросил Тимка.

— Они самые, — подхватил Никифор, грея ладони о кружку. — Служители Священного Механизма. Они верят, что Катаклизм произошел оттого, что люди забыли законы Машинной Службы. У них там свои монастыри — с паровыми органами, стальными иконами да плазменными кузнями.

Святогор допил чай и поднялся, глядя в темноту степи. Окуляр на его глазу с сухим щелканьем переключил линзу. На десятый день пути Степной Тракт обещал показать свои настоящие зубы.

На десятый день пути Тракт вывел их к Курганам-Сестрам.

Три гигантских земляных холма высотой с пятиэтажный терем высились посреди ковыльного моря. В прошлом веке здесь располагался древний войсковой могильник, закованный в гранитные плиты. Нынче плиты растрескались, а из разрытого брюха центрального кургана сочился тусклый, фиолетовый туман Нави.

Святогор опустил на глаз окуляр. Щелкнуло реле. В глубокой глинистой низине под курганами стоял затор.

Два тяжелых дубовых воза южных чумаков — купеческих степных торговцев — увязли по самые оси в промороженной сухой глине. Чумаки — смуглые, бородатые мужики в стеганых кожаных кафтанах с медными бляхами — отчаянно огрызались из коротких тяжелокалиберных самопалов.

А с высоты кургана на возы валила стая. Степные Суррогаты.

Это были древние, ветровые дроны-хазары — полумеханические твари, поднятые Степной Навью из разрытого могильника. Конструкции из ржавых стальных ободов, полосовых кос, лошадиных черепов и шестерен мчались по ковылям на двух железных колесах, издавая оглушительный металлический визг.

Твари зажимали возы в клещи, намереваясь перерезать горла чумакам и сожрать солярку из их запасных канистр.

— Бронежалюзи на четверть! — скомандовал Святогор, вбивая пониженную передачу. — Пошла тяжелая сталь!

Дед Никифор через верхний люк занял место у факеломета. Корсет держал его ребра намертво, дед действовал уверенно и жестко. Марья припала к боковой бойнице, Тимка подал ей свежий планшет со стальными болтами.