Гараев поморщился и посмотрел на сжавшего губы Семёна.

— Семён Иванович, прощения прошу за несдержанность девушки, — физрук прижал правую ладонь к груди и слегка поклонился всем телом. — Сам понимаешь, не хотела она оскорбить ни тебя, ни твой род. В ней сейчас говорит обида и страх за будущее.

Широков молча обвёл взглядом собравшихся вокруг костра, потом вопросительно посмотрел на Кудея. Тот пожал плечами и поворошил длинной палкой огонь, вызвав целый сноп искр, взлетевших к звёздному небу.

— Хорошо, — кивнул Семён. — Буду считать слова сии не в свой адрес сказанными. Тем более что дева явно вежеству не учёна. Только и ты, Андрей Владимирович, и ты, Игорь Игоревич, мои слова запомните. Теперь, ежели что Карина Александровна скажет худого, я не с неё — с вас спрашивать буду, раз вы её защитниками объявились. Видоками этого всех присутствующих объявляю, чтобы вопросов потом не было.

— Договорились, — вздохнул физрук, покосившись на оторопевшую Крыгину.

Охренеть… Вот это поворот, как говорится… Карашка‑какашка, коза ты драная, подставила на ровном месте двух нормальных пацанов, и сидит, глазами лупает, типа не при делах! А Владимирыча я прям зауважал. Он‑то сразу понял, к чему дело клонится, но заднюю давать не стал, вписался за дуру. Зато Игорёк на белобрысую теперь волком смотрит. Ну да, ему такой гемор ни к чему, он просто хотел на тёлку впечатление произвести. Ничего, пусть она теперь, раз мозгов нет, защиту другим местом отрабатывает. Дворянка, тудыть её, как Василий говорит. Вот тудыть она и получит, и неизвестно кудыть ещё, и сколько раз. Ох, Кашка, Кашка… Может, у Василия найдётся заклинание немоты? Ведь реально же подставит!

Аборигены на молодого боярина смотрели с явным одобрением. Как же, красава: и ситуацию разрулил, и себя правильно показал.

— Так что ты про агентов колдунишки говорил, дядька Кудей? — повернулся к наставнику Семён.

Тот начал рассказывать с таким видом, словно никакого конфликта и не было:

— Есть такие. Колдун может найти себе помощника в другом мире — есть заклинание, которое может связать два разума, здесь и там. Заклинание гадостное, на крови построенное, — маг взглянул на нахмурившуюся Эльвиру и пояснил: — Представьте разговор по телефону, в котором оператор связи берёт оплату человеческой жизнью. Позвонил — и кто‑то умер. Позвонил ещё раз — и ещё один труп. И это только начало.

— Простите, — прервал рассказчика Герцман. — Простите, но какой интерес землянину переправлять людей сюда? Колдун — понятно, получает молодость здесь, а что получит его агент там?