Тут кирасир шагнул вперёд и произнёс длинную фразу на японском, повергнув пришельцев в шок. И Дархан ему ответил! Явно запинаясь и спотыкаясь на каждом слове, но всё же… Котырев потребовал перевести разговор. Старый попаданец сказал, что японский он знает плохо, но всё же узнал знаменитое хокку, и что он восхищается произведениями Басё, но сам стихотворного таланта лишён напрочь и просит за это прощения. Охренеть, какие образованные водилы пошли…
Котырев с прищуром смотрел на земляков. Давненько к ним не заносило русских, всё больше испанцев да итальянцев. Будет с кем на родном языке поговорить, хоть и сильно отличающемся от того, которому его учили родители.
Как обычно, попали случайные люди. Женщин он сразу списал в балласт, хотя заявление Муратовой было интересно. Неужели и вправду праправнучка князей? Вряд ли, конечно, после столь бурных перемен, революций и войн Старой Земли. Но кровь Бехана в этом мире сохранилась, так что можно будет провести проверку.
Вообще-то Эльвира Романовна ему не понравилась. Тюремщик упоминал о рисунке на плече возможной княжны, да и на других частях тела. Ещё и вплотную к решётке подошла, говорит, словно красуясь. Как, как они додумались уродовать себя, словно полинезийские дикари⁈ Господь дал им чистое тело, а они его превращают в галерею. Приходи кума любоваться, что на заднице нарисовано! Бестыжее поколение, бестыжее время… А татуировки у Муратовой не для красоты сделаны, Базиль в этом понимает изрядно. Госпожа Эльвира явно с тюремной баландой знакома. Проститутка? Воровка? Нет, смотрит слишком твёрдо, глаз не отводит. Тогда кто? Убийца? Возможно…
На ком же из них Метка? Уж сколько он и его департамент ищут чародея, поставляющего на чёрный рынок рабские ошейники, жертвенные ножи и дурманящие разум артефакты? Хитёр гад, и умён преизрядно. Кабы не выживший из ума ревнивый барон, так и дальше бы блуждали в потёмках, гоняясь за тенями. Пожалуй, эта ниточка — единственный реальный след, который может привести к разгадке. И поспешать надо, поспешать! Вскоре весть о смерти графа Виталиано разлетится по всей стране и за её пределами, и тогда добыча может вильнуть хвостом, рвануть со всей силы, обрывая налаженные связи, и уйти на глубину, затаиться на годы.
А что ему? Наверняка накопил ингредиентов на десятки, а может и сотни Призывов. Сменит имя, возможно, внешность, «умрёт» где-нибудь в Колхиде, «оживёт» в Коломне совершенно другим человеком. Вот только нутро поганое останется неизменным, и опять поползут промеж аристократов слухи. Опять кто-то будет предлагать кому-то прожить ещё одну жизнь за счёт Призванных, которые даже не благородные, а так, жалкие людишки, только и годные на корм Тьме. «Благородные…» Князь даже зубами скрипнул от ненависти. В безродном персе, что мешком повис на иудее, благородства может оказаться побольше, чем в иных фамилиях, записаных в Бархатной Книге!