Конский пот, если кто не знал, очень едкая штука, поэтому голышом на лошадях ездят только на картинах. А если вам надо скакать день за днём, то извольте надеть штанишки, желательно влагонепроницаемые. Или прикрыть бока лошади толстой попоной, или как-то иначе предотвратить контакт лошадиного бока и собственной кожи. У урода были кожаные штаны, и я с завистью смотрела на них.

Как только прикончу ублюдка, стащу с него эту деталь одежды, не побрезгую, а его голый зад усажу на муравейник. Счёт всего, что я собираюсь сотворить с похитителем, рос с каждым пройденным километром. Шаг за шагом я превращалась в кровавую маньячку.

Наш путь закончился внезапно. Вот мы едем, и я изо всех сил пытаюсь не зарыдать, а в следующий момент урод тормозит свою лошадь, и моя следует её примеру.

Первое, что я сделала, это вытерла слёзы. Второе — огляделась. Сегодня с утра мы двигались между кустарниковых зарослей, каменистых проплешин и каких-то мрачных скоплений деревьев. Присмотревшись, я разглядела перекрученные стволы и длинные шипы, которыми щетинились ветви. От деревьев пахло гнилью, а на колючие кусты было страшно смотреть. Вот и сейчас мы стояли перед стеной из колючек, в которой не было прохода. И какого чёрта мы сюда припёрлись? Словно в ответ на мой невысказанных вопрос, кустарники дрогнули, и в зарослях появилась узкая тропинка.

— Пошли, — просипел урод, спешиваясь.

Ну, пошли, а куда? Мужик шёл первый, осторожно пробираясь между колючек. Я присмотрелась к шипам и заметила висящие капли на некоторых, и это была никакая не роса. Судя по взглядам, которые бросал на них урод, добра от этих капелек ждать не приходилось. До одной я всё же дотронулась кистью, и вскрикнула от резкой жгучей боли. Хорошо хоть сообразила не тянуть поражённый участок в рот, тем более, что урод оглянулся и быстро прошептал испуганным тоном:

— Осторожнее, дура! Зажалят насмерть! Терпи теперь, да не вздумай мочить, ещё хуже будет.

А раньше предупредить не мог, козёл⁈

Я шла следом, внимательно выбирая, куда поставить босую ногу. Кожу ступней покалывали веточки, опавшие листья и колючки, но идти было неожиданно мягко, словно по опавшей хвое. Главное, не касаться кустарниковых жал, особенно тех, что с каплями.

Сипящий проводник скрылся за поворотом, я оглянулась на пройденный путь и поняла, что назад дороги нет, кусты с шорохом смыкались в непроходимые заросли. Пришлось прибавить ходу, и вскоре я оказалась на широкой поляне.

Это была… Усадьба, наверное. Огромный участок, отвоёванный у леса, окружённый непроходимыми ядовитыми кустами. Вокруг было царство зла, лес был пропитан опасностью и угрозой мучительной смерти, а здесь… Воздух был чист и пьянил запахами цветов и трав. Деревья ласково шелестели на ветру, над травой играли бабочки, раздавалось пение птиц. Это казалось филиалом рая в самом центре лесного ада. И мы были здесь не одни.