— Мне нельзя, — вздохнула травница, приподнимая над ступкой пестик и глядя на тягучую массу. — Травницам да лекаркам надобно самим прорываться, мы ж не вои. Энто у вас, мужей, всё нахрапом да с боем, а у нас по‑другому положено… Так, готово, кажись… Ну, давай, полечу тебя, так уж и быть.

— Да я и не просил вроде, — отозвался я, подставляя спину под умелые нежные пальцы. — Пахнет приятно.

— А то ж, — ответила она, аккуратно втирая мазь в мои ссадины и синяки. — Правильное зелье так и должно пахнуть. Ну, или совсем отвратно, так тож бывает. Немного щипать будет, но ты терпи, понял?

— Как скажешь.

Она прошлась по спине, тут и там накладывая мазь тонким слоем, потом подошла спереди и подняла мою голову за подбородок. Принялась мазать лицо, наклонившись совсем близко.

Эх, была не была! Я качнулся вперёд и чмокнул её в нос. Она не отстранилась, а лишь фыркнула, как кошка, и щёлкнула меня по лбу.

Ах, вот ты как? Я вскочил, подхватил взвизгнувшую девицу‑красу за талию и прижал к себе сильное, горячее тело. Та засмеялась, подставила губы, прикрыв насмешливо блестевшие глаза.

После двух минут поцелуев и обнимашек она кивнула на дверь в соседнюю комнату:

— Туда неси, лиходей, не на столе же…

Игорь Игоревич Вершинин. Горняк.

Я покрутится перед зеркалом, оценивая нового себя. А что, ничего так. Одежда добротная, можно даже сказать, богатая. Через Старгород проходит знаменитый Шёлковый Путь, и тут вторая по размаху в Русском Царстве ярмарка. Первая, понятно, в Китеже, туда тащат всё самое ценное, но там и цены выше. А мне, как новоиспечённому дворянину и без пяти минут магу, сойдёт и здешних торговых рядов.

В столице края мы уже вторую неделю, но скучать за это время не пришлось. В первый же день, точнее, на следующее утро, Горбоносов сцепился с каким-то пацаном из местных и нарвался на драку. Хорошо хоть, всё обошлось, и оба остались целы, а Рус даже подцепил местную знахарку, или ученицу знахарки, и с тех пор кувыркается с ней при каждом удобном случае. Мне бы так. Кариша, сучка крашенная, ломается, а остальные местные девки на нас с подозрением смотрят, только бритому Казанове повезло, мля… Ладно, Игорёк, не гони волну, раздвинем мы ещё ноги какой-нибудь крале.

Дня через два пригласили нас к губеру. Не, что в нашем мире, что здесь — чинуши везде одинаковы. Правда, здешние больше на отморозков похожи, как Котырев, а не на Аароныча. Так и местный пахан, Ховрин по фамилии, я бы его за бандоса принял, ей богу. Ну а что? Ростом повыше меня будет, почти с «эльфа», плечи широченные, а морда скорее головореза, чем аристократа. Руки, правда, белые, холёные, но видно, что сильные, под такой кулак попадать неохота. Обряжен так, словно ювелирную лавку гробанул: на пальцах «гайки», на шее цепь серебряная с золотом и камнями, кафтан весь тоже серебром и золотом расшит. Я уже знаю, что местные серебро ценят чуть ли не выше золота, так что прикид у Ярославича богатый.