Бактериальная инфекция поражает лёгкие и слизистые дыхательных путей. Вирусная — печень. С вирусами позже разберусь, пока действуем в режиме сдерживания. Закидываю ботов в лёгкие, наблюдаю за работой. Через пять минут половина ботов погибает. Отстраиваю новую структуру: немного увеличиваю энергетический запас и ставлю ограничитель на приём энергии. На выброс тоже. Боты погибали, когда хватали лишку, либо тратили до нуля.

Поддерживаю самую многострадальную лошадку конской порцией энергии. Наверное, с ней я не успею, но не страшно. Табун не заметит потери бойца, одно погибшее животное — это далеко от уровня приемлемых потерь. Судя по некоторым высказываниям, барон ни капельки не огорчится, если с полдесятка лошадей придётся забить. Тем более самые болящие давно не первой молодости.

Так, вроде заработала моя гвардия ботов. Мелют бактерии без остановки. А вот что делать с вирусами? Пока по старинке: выпускаю две сотни ботов, которые работают тупо, как ратники на поле боя. Скорее, как крокодилы. Хватают и кусают. Вот только энергии им хватает ненадолго. Ночь простоят — и то хлеб. Пойду думать. Кое-какие идеи есть.

Напоследок выплёскиваю на болящих энерговолну. На всех скопом. На сегодня всё.

Усадьба Дортинов. Тренировочная площадка.

Следующий день.

Нет, Сесилия! Тебе не удастся мне настроение испортить. В этот раз тоже. И пока серию не закончу, подходить не собираюсь. Только отмашку рукой даю — подожди. Хмурится и кривит лицо, но делать нечего. Стоит и мрачно ждёт. Мина топчется за левым плечом.

Закончив упражнение, иду к сестрице. Между подходами всё равно перерыв нужен. Братья продолжают: Дэн занимает моё изобретение, Гров становится на контроль.

— Ты нас задерживаешь, Стэн, — ворчит Сесилия. — Мы уезжаем, карета уже ждёт.

— Прости, Сесилия, — покаянно прижимаю руки к груди, гляжу умоляющим о прощении взглядом. — Теперь всё рухнет и погибнет, да?

Предельно усиливаю во взгляде мольбу о прощении ничтожного меня:

— Всё висело на волоске и теперь всему конец? Род погибнет, если ты хотя бы на минуточку опоздаешь?

До неё окончательно доходит, что я над ней издеваюсь. Ей страшно не нравится, что я постоянно ставлю её на место. Не на то, что она полагает своим. Но деваться некуда, она от меня зависит, а не наоборот.

— Посмотри Мину, — следует мрачный приказ, который я предпочитаю счесть просьбой.

Служанку усаживаю на скамью. Прежде чем положить ей руки на плечи, всматриваюсь в смущённое личико. А ведь поблёкла сыпь! Другие, может, и не заметят, а я — да. Раз помогает стандартная тонизирующая волна, то можно и повторить. Ныряю в Тень только для того, чтобы посмотреть. Пожалуй, не буду больше снижать выработку… («Тестостерона», — подсказывает предок). Ну да, его самого.