Шпаги учебные, но свистят в воздухе не хуже боевых.

Тренировочный бой высасывает последние силы. Это же завершение тренировки.

Кстати, братья быстро смастерили аналог моего тренажёра, который я установил в нашем поместье. Причём намного лучше. Обрисовал им схему на пальцах, и они вместо желобка сделали ролик. У меня вместе с предком глаза на лоб полезли. Выяснилось, что просто это я — тупой. Подшипников, понятное дело, ещё не изобрели, но тележные оси давно есть. Вот братья оттуда втулку и взяли. Какую-то уже изношенную.

Когда, закинув шпаги в стойку, расслабленно уходим, нас встречает Сесилия. Демонстративно хлопает в ладоши:

— Браво, Стэн! Ещё немного — и сможешь сравняться с Хендриком.

Фыркаю презрительно:

— Хендрик — пень! Нашла тоже образец!

Я натурально не держу его примером для подражания. Я целюсь на Дриза. Если хочешь стать лучшим, постарайся превзойти всех мастеров, до которых можешь дотянуться.

— Подожди, Стэн. Нам надо поговорить.

Хотел было согласиться, предок вовремя одёрнул.

— После ужина в саду, — не слушая возражений грозно нахмурившейся Сесилии, иду дальше.

Братья глядят с уважением. Одобряю. Пусть учатся разговаривать с глупыми бабами. С умными лучше мягко, а с дурами церемониться нельзя.

Снимаем защитную амуницию, идём умываться. К бочке с водой.

— Интересно, почему боль от ударов стала так быстро проходить? — Дэн задумчиво обтирает голый торс общим полотенцем и рассматривает синяки.

Гров заходиться от смеха, я помалкиваю. Момент истины для старшего. Время от времени ему надо показывать своё превосходство ради подкрепления авторитета. В чём угодно.

— Ты что, не заметил, как Стэн нас каждый раз после тренировки по плечу хлопает?

Дэн замирает, в глазах медленно, чересчур медленно для обычно быстро соображающего парнишки всплывает понимание.

— Я думал, Стэн только по лошадям…

— А чем вы хуже коней? — спрашиваю резонно, и мы ржём уже все вместе.

Нисколько не уступаем лошадям. Даже отзывается кто-то из не такого уж и близкого загона.

Настроение в целом мне не портит даже присутствие Сесилии, будто принесшей с собой шлейф тяжёлой ауры нашего дома.

Ужин.

Беседа вьётся вокруг Сесилии. Всё-таки полномочный представитель сюзерена, ей с баронской четой есть что обсудить. Меня касается только высказанная отцом озабоченность по поводу моего слишком затянувшегося визита.

— Пусть Стэн сам опишет, как у него дела обстоят, — барон прав, зачем рассказывать самому в присутствии главного эксперта.

— Я могу, — соглашаюсь. — Я тебе, сестра, напишу подробный доклад для отца. Вкратце тоже могу. Барону повезло, вот что сразу ясно. Вспышка болезней произошла в малом, отделённом от остальных табуне.