Вот интересная сценка. Вернее, целая связка. Нас вырядили в новые костюмчики, напоминающие парадную гвардейскую форму. Стэн пребывал в полнейшем восторге: шляпа-шлем с цветными перьями, кожаный жилет, стилизованный под доспех, парадный кинжал на боку. О как! Тогда младшему ещё покупали что-то новое. Что же дальше произошло? Поглядим…

Играем во дворе. Кинжал деревянный, конечно, но помахать им, рассекая воображаемых врагов вполне можно. В глазах Хендрика — это я сейчас отчётливо вижу — загорается азартный огонёк, не очень хороший.

— Эй, держись, вражина! — делает зверское лицо и резко наступает, размахивая «клинком».

От неожиданности Стэн подпрыгивает и пускается наутёк. Отмечаю, что не очень выигрышная тактика. Но выигрышную тактику он тогда не мог выработать, ему всего шесть или семь лет было. Встретить угрозу лицом к лицу и вступить в воображаемый, но всё-таки бой? Скажутся те же преимущества старшего, что и при погоне: более длинные конечности и превосходство в силе.

Догоняет братец Стэна около лужи. Тот не успевает её обогнуть, плюхается прямо в неё от ловкой подсечки сзади. Её могло не хватить, но добавляется толчок.

— Ты что наделал, гад!!! — мальчик встаёт, с него стекают грязные потоки.

— Сам упал! — в глазах Хендрика испуг, но быстро испаряющийся.

Мгновенно и привычно шельмец выстраивает схему самооправдания:

— Ты кого гадом назвал⁈ — переходит в наступление и толкает младшего в спину.

Захлёбываясь слезами, мальчик идёт жаловаться родителям. Хендрик следом, нельзя давать брату возможность одностороннего освещения случившегося. Соображает, гнида!

— Так ты ж сам виноват, — брезгливо осматривает Стэна граф. — Во-первых, опасность надо встречать лицом к лицу. Во-вторых, зачем было бежать прямо к луже? Хендрик! — Строгость отцовского голоса вселяет в Стэна надежду, которая при следующих словах вытесняется непонятным приступом страха: — Чтобы я больше не слышал жалоб от младшего!

Служанка уводит мальчика переодеваться. По пути он придумывает контртезисы. Лицом к лицу, ага, у «меня» ещё не сошли синяки на боку и груди от «кинжальных» ударов старшего братца. Он выше на голову, быстрее и сильнее. Это больно. Но ещё больнее стало, когда Стэну удалось тоже ткнуть его в бок. Хендрика буквально накрыл вихрь ярости и злости. Очень не любит он получать ответку.

Что-то важное я упустил при анализе этого момента. Возвращаюсь в начало записи. На этот раз отслеживаю эмоциональные параметры. Вот оно! При атаке Хендрика, по виду шуточной, Стэна накрыла волна паники. Индикатор страха бился в красной критической зоне, угрожая пробить верхний предел. Он боится старшего брата, и только сильный характер не позволяет вырастать страху до истерического уровня. Часто, но не всегда.