— Не ты мне его давал, чтобы лишать…

Парторг разгневано дышал на меня вечным перегаром.

— Вы, Владимир Иванович, хоть бы коньяк пили, что ли, не так бы смердело, — сказал я и сел на своё место. От меня сразу отсело насколько человек.

Служебный автобус развозил «трудящихся» по большой дуге, сначала объезжая Чуркин, потом Баляева, и лишь потом делал круг по бухте Тихой.

Мой трудовой день редко заканчивался вовремя, поэтому пассажиры автобуса мне знакомы не были. ЛАЗ тупо полз в подъём, урча двигателем и нагревая и так душный салон. Химический запах преследовал меня, но стал привычным.

Поднявшись с сиденья заранее, я стоял у передней двери рядом с водителем.

— На Энерготехникуме, останови, — раздался сзади знакомый голос. — Мальчика высадим.

Мой взгляд мазнул через правое плечо. Сзади стоял Коптев. За ним трое работяг. Ум заработал, как суперкомпьютер. Если я не выйду, они поедут за мной. И какая разница. Автобус вернётся в гараж, а это Диомид. Там могут моё хилое тельце и не найти. Пока не всплывёт. А могут и попилить на циркулярке. Сам пилил свиные мороженные полутуши… Чего только не могут наши мирный рабочий класс.

Моя физическая кондиция была далека от совершенства. Мышечной массы едва хватало, чтобы таскать бренное тело. Мясо никак не нарастало. Я был тощ, как узник Бухенвальда, прости господи.

— Ты чо, Володька. Чего удумали? — Ошалело пролепетал водитель.

— Ты, Серёжа, не видел ничего. Да и не было нас тут. Никто не видел, как мы входили. Этот пентюх не в счёт.

Они и вправду сели на Сахалинской, когда в автобусе, кроме меня, никого не было. Я видел, как незнакомый худой парень махнул рукой водителю и тот, тихо матюкнувшись, остановился.

Я дремал слева впереди и не видел входящих в заднюю дверь. Тогда не видел, а сейчас они стояли передо мной, как на фотографии. Они стояли ровно в ряд…

— Ну, пошли, — вздохнул я. — Придётся сесть.

— Чего? — Вызывающе протянул Коптев.

— Я говорю, замочу я вас, бля-ядей, пусть и сяду.

— Ты слышал, Серёжа? Он нам угрожает. Замочить грозится. Подтвердишь?

— Подтвердю, — сказал водила.

— Копоть, тут наверху менты шныряют, а внизу подворотен нет, — с сказал кто-то из мужиков.

— Не ссы Шмаль. По башке дадим и отвалим. Скоренько. Может подождёшь нас, Серый?

— Охренели, что ли? В групповое втягиваете? Идите на куй! Валите уже.

— Ты чо такой борзый? — Загнусавил кто-то.

— Копоть, убери своих дебилов, или я за себя не отвечаю. Сам вас захерачу! Ты меня знаешь! Валите на хер!

Пока они рядились, я уже отошёл на пару метров и думал, что мне делать дальше. Спускаться к дому или махаться здесь на автобусной остановке. Мозг, сволочь, не вбрасывал адреналин, и тело моё пребывало в покое и расслабоне, а ум в прострации.