Он хотел сказать «разрешения», но вовремя спохватился.
— Без… Без…. — он не мог придумать продолжения.
— Я понял… Без банковского начёта. У нас же депозит?
— Депозит, — подтвердил Брюс и вздохнул.
— Сколько мы теряем?
Брюс засуетился…
— Да не скажу я так! Ты меня совсем из колеи выбил. Время есть подумать?
— В мае будет выпуск акций и выброс их на рынок, но у ведущих акционеров есть «право первой ночи» и герцог готов выкупить сколько-нибудь акций для меня. Я же сейчас в его семье…
— Дела-а-а… — Только и смог сказать «дядя».
— Есть ещё новость… — усмехнулся я.
— Давай уж… Добивай дядюшку.
— Я, скорее всего, стану лётчиком-испытателем в Бритиш Аэроспэйс. Тесть порекомендовал… Говорит, что у меня хорошие задатки пилота.
— Тесть порекомендовал… Ай эм факинг…
Юрий Иванович с сожалением рассматривал свой кабинет. Его он, конечно, видел не в первый раз. Ведь не один год в системе. Но взгляд с этой стороны стола его не устраивал. Он ощущал себя вроде, как в тылу врага. К такому чувству он привык и знал его. Это и пугало его больше всего. Рефлексы не обманешь. Мозг, судя по всему, реагировал адекватно и именно это тревожило.
Кроме конверта с делом Валенсы в сейфе лежал ещё один конверт, но о нём Юрию Ивановичу совсем не хотелось говорить никому. Слишком он был одновременно и нелеп, и пошл, и страшен своей пошлостью и нелепостью.
Сейф вскрывали в присутствии двух доверенных сотрудников из «Альфы» и Чебрикова. Виктор Михайлович, на вопрос: «Что это?», ответил: «Лежало…». Присутствующие, понятное дело, в конверт не заглядывали, а новый начальник КГБ заглянуть был вынужден, и то, что он увидел и прочитал, его озадачило, возмутило и, потом, испугало.
На самом конверте было написано большими печатными буквами:
«НЕ ТЫ ПОЛОЖИЛ, НЕ ТЕБЕ ВЫБРАСЫВАТЬ».
В конверте на стандартном листе, имелся текст, выполненный машинописью.
В любом другом случае можно было бы посмеяться и порвать, и текст, и конверт, но конверт с текстом лежал в сейфе руководителя Комитета Государственной Безопасности. И лежал, судя по ветхости, давно.
То, что любой большой коллектив может легко переварить нового руководителя Юрий Иванович предполагал. И даже не очень большой, а даже очень маленький. Например, экипаж танка во время войны легко переваривал и выплёвывал заносчивого командира. И не только выплёвывал, но и порой… казнил.
В любом коллективе есть формальный и неформальный лидеры. И может не два, а три или четыре. За лидерство в коллективах идут нешуточные бои. Поэтому новые руководители и приводят с собой «свою команду».