Юрий Иванович по этой теме говорил долго. С аналитическими выкладками, копиями документов и схемами, которые демонстрировались на киноэкране.
Схемы приводили к пониманию того, что общественные организации и международные институты, ранее образованные в СССР являются структурными подразделениями вышеуказанного «института».
— Такие организации, как: Институт США и Канады РАН — директор Арбатов, журнал The New Times, вольно, или невольно, но идут на поводу у спецслужб стран НАТО, пропагандируя чуждый нам образ жизни и ценности, в том числе экономические концепции.
Комитет Государственной Безопасности глубоко проанализировал одну из таких концепций под названием «по совершенствованию управления народным хозяйством». И пришёл к выводу о её чрезвычайной вредности и опасности. С сожалением приходится признать, что данная концепция в виде ста-тридцати страничного документа вышли из Комиссии Политбюро ЦК КПСС «По совершенствованию управления народным хозяйством», образованной в декабре 1984 года. И вредной даже не в плане несвоевременной новизны, а в плане проникновения опасных тенденций навязываемых нам нашими стратегическими противниками. КГБ уже доказало связь некоторых «реформаторов» с резидентурой США и Британии. Двое из них взяты с поличным при передаче сведений «Особой важности» вражеским агентам. Ещё придётся разбираться, кто дал допуск к гостайне уровня «особая папка» случайным лицам.
Мы прогуливались с Элли вокруг нашего поместья в Хаддингтоне, когда она увидела цветочек. Её беременность проходила более-менее терпимо и для меня и для неё. Токсикоз почти не мучил… Опять же ни её, ни меня, но бывало…
— Ой, цветочек, — сказала она, ткнув пальцем куда-то вверх.
Я подумал, что она показывает на окно, но на окнах в домах усадьбы цветов не держали. Я шарил глазами по стене.
— Да вот же вот! — Элли стукнула ножкой о дорожку. — На углу дома.
Я увидел. На высоте примерно пяти метров на угловом выступе прижился маленький росток чертополоха. Каким ветром туда занесло семя, бог весть, но оно проросло. Хиленький стебелёк держал маленький цветок.
— Ему там плохо, — плаксиво сказала Элли. — Он там умрёт.
«До сих пор не умер», — подумал я, подозревая истерику.
— Э-э-э… А может заберём его с собой, — решил я предвосхитить события, — или пересадим его на полянку. Хотя, нет… Там его может сжевать коровка.
На территории усадьбы паслись коровы какой-то супер особой породы, ведущие свой род едва не от предка шестнадцатого века. У коров даже имелся свой герб. Стейки из них продавались туристам за бешеные деньги. Мы этих коровок не ели. Они приходились едва ли не роднёй герцогу. Шучу.