— Это было вот здесь, — тихо произнесла Элли.

— Где конкретно? — Переспросил отец предельно спокойно.

— На десятом сочленении… Напротив углового окна второго этажа. Почти под ним.

— Почти под ним…

Герцог Гамильтон смотрел на окно и мне показалось, что на его глаза навернулись слёзы. Но, наверное, показалось, потому что герцог не смотря на его «простецкое» почти курносое лицо с припухлыми губами, не позволял себе проявления чувств и излишних эмоций.

— Это окно спальни моей матери… Чертополох стоял на окне когда она носила меня в своём чреве. Его семечко могло сохраниться и прорасти. Это не очень хороший знак для твоих братьев, что чертополох сейчас у вас. Чертополох — один из символов на гербе Шотландии. Это наш хранитель. Вы должны знать ту историю…

— Мы знаем, па, — сказала Элли. — Почему это плохо для Алекса и Ульяма?

— Это растение имеет династический символ. Отец ждал наследника и я появился.

— Мы не претендуем, — пошептала Элли.

Герцог вздохнул.

— Это просто знак, Элли. Но тебе придётся беречь растение. На всякий случай. Зато я теперь точно знаю, что у меня скоро появится внук. Может этот знак о том?

Вечером того же тёплого июльского дня после ужина мы прогуливались в парке вчетвером. Элли с матерью Сарой Джейн выгуливали двух редриверов, а мы с Аланом смотрели, как они веселятся.

— Хотел попросить тебя, Алан, об одолжении, — начал я.

— Что хочешь? — Спросил Гамильтон.

— Хочу построить дом.

— Построить? — Удивился лорд. — Зачем строить? Вы с годик поживёт здесь, мы же договаривались Алан Ангус напрягся.

— Годик — да, но когда-то же надо будет съезжать…

— Ну и купите потом. Или здесь места всем хватит… Мы все здесь жили…

— Но потом же разъезжались?

— Ты только не вздумай увозить Элли в свою Автралию.

Он не сказал: «Авсралия», а использовал иные менее приличные эпитеты. Причём, по-английски это прозвучало ещё менее эстетично.

— Элли там понравилось… Там тепло…

— Нечего ей там делать, — жёстко сказал герцог. — Твоя Джесика связалась с турецкими террористами. Как ты ещё сумел от них сбежать⁈

— Я хорошо лазаю по стенам.

— До сих пор не понимаю, как ты смог спуститься с двадцатого этажа⁈

— Я же показывал… Кстати… Я сегодня понял, что теряю форму. Надо где-то поползать. Позволь полазать по деревьям, хотя бы.

— Я забыл, что ты скалолаз, — вздохнул Алан. — Смотри не расшибись. Она любит тебя… А я люблю её. Помни это, Джон. Она первая. Я так ждал мальчишку, но родилась она, и во мне, словно вспыхнул огонь. Она весёлая и смешливая… Не дай зачахнуть моему цветку.

Последняя фраза прозвучала многозначительно, и я уточнил.