— У тебя на него планы?

Та посмотрела на меня сверху вниз. Вздохнула как-то недовольно:

— У мальчика неплохой потенциал. Да и подходит он тебе.

— У мальчика? — не пропустив вторую часть ее заявления, фыркнула я. — В тети записалась?

— В тети — не в тети, — не приняла она мой полушутливый тон, — но без напарника ты качественно работать не сможешь. И мы с тобой об этом не раз говорили.

Мне ничего не оставалось, как только кивнуть. Да — ищейке требовался напарник. Тот, кто прикроет спину, пока она находится в поиске. И первым попавшимся этот кто-то быть не может.

Изначально Ева предполагала, что моим вторым станет Стас, да помешали уже его способности. Этот дар тоже требовалось реализовывать. Во избежание… так сказать. Все, что дано, должно крепнуть и развиваться. Иначе — деградация. И — физическая, и — духовная.

И это было не голословным утверждением. Ева показывала мне тех, кто был одарен, но предпочел жизнь без лишних усилий. Алкоголь, наркотики, сексуальная невоздержанность и неразборчивость — это из того, что бросалось в глаза. Но было и другое… Постоянные препятствия в делах, проблемы на ровном месте, потери, предательства, одиночество…

Стасу я такой судьбы не желала.

— Осталось узнать, что думает на этот счет сам Игнат, — не стала я ерничать. — Мне показалось, что своей жизнью он вполне доволен.

— Тебе показалось, — Ева пристроилась на краешке моего рабочего стола. — Он — человек действия. Пусть это и не дар, но неотъемлемая часть натуры. Не будет получать желаемого — зачахнет. Нет, найдет, чем себя занять, — предвосхитила она мой вопрос, — однако будет постоянно ощущать тоску и неудовлетворенность. Выдержать — выдержит, но ведь может быть и иначе.

— Драйв, движ, туса и все сопутствующие им гормональные взбрыки, — не удержалась я от комментария.

— И чем это плохо? — приподняла Ева свою изящную бровь.

— Сама скажи, — нахмурилась я.

Это перед Игнатом, который плохо ее знал, Ева могла демонстрировать неукротимую крутизну и способность одной левой решить любую проблему. Я-то знала…

Измотанной и обессиленной, пытавшейся найти тот угол, куда можно забиться, чтобы зализать раны, я ее тоже видела.

К счастью, не часто. Но и той пары раз, когда Ева приползала ко мне, едва дыша, для осознания факта, что наставница не всесильна, вполне хватило.

— Ладно, — покаянно кивнула она, — давай не будем об этом.

— Давай не будем, — приняла я своеобразные извинения за то, что она вынуждена лезть в мою жизнь. — Как Ежи?

— Отдыхает, — мягко, тут же став совершенно иной Евой, улыбнулась подруга. — Ему бы еще пару лет, чтобы заматереть, а я его из огня, да в полымя. Но он не сопротивляется, только сильнее стискивает зубы.