И ведь буквально мгновение назад воспринималась мрачно-задумчивой, словно все глубже погружаясь в бездну своего предательства, теперь же выглядела иначе. Уже почти собранной. Уже почти принявшей то ли обстоятельства, то ли — решение.
И если это было второе…
— Вы же понимаете, Ева, что за вашей подопечной присматриваете не только вы? — посчитал он просто необходимым добавить чуть-чуть остроты в эти… то ли обстоятельства, то ли решение.
Он не ошибся. Именно этого ей и не хватало.
Ева сделала неторопливый глоток, вернула чашку на место и поднялась:
— Через три дня Анна и ее брат будут здесь, — посмотрела она ему в глаза.
— Вот и прекрасно! — удовлетворенно улыбнулся князь в ответ. Но вставать не стал. Не пренебрегая этикетом, подтверждая то, что увидел в ее взгляде.
Еще одну сильную женщину, готовую сыграть в предложенную им игру.
А то, что они были такими разными…
Здесь и сейчас это не имело никакого значения. Главным был результат. И в том, что он его обязательно добьется, Ивлев был абсолютно уверен.
Ради Империи!
Ради того будущего, в котором будут стабильность и спокойствие!
— Помощь нужна? — остановившаяся напротив фура практически перегородила полосу встречного движения. Благо оба направления на расстоянии взгляда были совершенно свободны.
— Спасибо! — Игнат услышал, как хлопнула дверь Короллы. — Уже справились.
— Ну если…
— Да ты не первый уже, — задорно хохотнув, перебил водителя дальнобоя Антон. — Езжай спокойно. Только предупреди своих, чтобы не трепались.
В отличие от легковушек, пролетавших мимо, словно на дороге ничего необычного не происходило, фуры притормаживали если не каждая, то через одну точно.
Этот факт Игнат лишь отметил, предпочтя обойтись без эмоциональной окраски. Тех, кто предпочитал не связываться с автоподставщиками, он понимал — вписываться за других — дело морально хорошее, но хлопотное и опасное.
Что же касалось дальнобоев…
Не будь их с Антоном, вряд ли бы дед с семьей могли рассчитывать на помощь. Пусть и не абсолютно, но с весьма большой долей вероятности Игнат был в этом уверен.
— Договорились, — не стал настаивать водила. — Счастливо оставаться.
— И тебе, — пожелал Антон, когда тяжелая машина двинулась вперед, освобождая полосу. — Ты еще долго?
— Иду, — крикнул Игнат, бросив последний взгляд на заднее сиденье Инфинити.
Шибари — не шибари, но упакованы парни были не только добротно, но и весьма эстетично. Если что и портило картину, то кляпы во рту, обойтись без которых не удалось. Слишком много угроз. Игнат этого не любил.
Как оказалось, Антон тоже. Носки в качестве средства усмирения придумал именно он.