Я уже подошёл к двери своей комнаты, рука потянулась к ручке, когда сзади раздался её голос:

— Айзек.

Я обернулся. Лили стояла в полумраке коридора. Она сняла куртку, и в простой футболке, с растрёпанными после леса волосами, выглядела уставшей, но... дружелюбной... Слишком дружелюбной.

— Ты сегодня... — она начала, делая маленький шаг вперёд. Её голос звучал тише, интимнее. — ты сегодня был жутким... и неотразим, так всё рассказывал... что даже меня пробирало.

Она улыбнулась, и в этой улыбке была не только усталая благодарность, но и лёгкий, неприкрытый интерес. Её взгляд скользнул по мне, задержался на лице.

— Спасибо, что заботишься о нас, — добавила она, уже почти шёпотом, сокращая дистанцию. — Я... я рада, что у нас ты.

Потом она посмотрела на дверь моей комнаты и наклонила голову набок.

— Можно... на минуту? Просто поговорить. Без всех этих дел... В такой тишине.

В её глазах читалось явное приглашение... Не только к разговору. Я почувствовал, как по спине пробежала смешанная волна усталости и... чего-то ещё, тёплого и давно забытого. Но реальность была упрямее.

Я тяжело вздохнул, не отводя взгляда, и медленно приоткрыл дверь в комнату. Свет из коридора упал внутрь, выхватив из темноты кровать. На ней, укутавшись в одеяло, спала Клементина.

Я показал взглядом на неё, потом снова посмотрел на Лили. Моё молчание было красноречивее любых слов.

Лицо Лили на миг дрогнуло. Лёгкая краска разочарования и досады проступила на щеках. Она отвела взгляд, потом кивнула, собираясь с мыслями.

— Да... конечно, — прошептала она, и её голос снова стал обычным, сдержанным. — Жал... Может у меня... Нет... в моей комнате отец. И тесно. В общем, в другой раз... спокойной ночи, Айзек. Завтра будет тяжёлый день.

— Спокойной ночи, Лили, — так же тихо ответил я.

Она развернулась и пошла к своей комнате, её шаги тихо затихли в коридоре. Я ещё секунду постоял на пороге, глядя в темноту, где она скрылась. Потом осторожно, чтобы не разбудить Клем, зашёл в комнату и прикрыл дверь.

Тишина. Только ровное дыхание ребёнка и тихий гул в собственных ушах от накопившейся усталости. Но сейчас была только эта комната, этот сон и тяжесть на плечах, которая медленно сменялась необходимостью хоть немного отключиться. Я скинул куртку, сел на пол у кровати, прислонившись спиной к стене, и закрыл глаза. Спать в кровати было нельзя — она была занята. Но и спать я пока не мог. В голове уже прокручивался список дел на утро, и от этого голова начинает пухнуть... Да и порой кошмары не дают нормально выспаться, а то что они будут сегодня, я в этом уверен.