Я оторвался от стола, выпрямился. Спина затрещала. Два дня… Два дня я толком не спал. Дремал тут же, положив голову на руки. И каждый раз, просыпаясь, находил на плечах старый плед. Видимо, Клементина подкладывала. Она в последнее время и еду мне приносила — миску с похлёбкой или холодную тушёнку ставила на край стола, чтобы не мешало. Не говорила ничего, просто ставила и наблюдала за мной. Простая тихая забота, без слов.

Пора было отдохнуть. Зарядить себя, как несчастный аккумулятор. А то сядет батарея — и никакой кинезис не поможет.

Уже собирался выпроводить всех из комнаты и наконец рухнуть спать, как в голову врезалась мысль. Стоп. А Клементина почему не на занятиях у Ли? Он же вроде должен был начать учить детей азам: читать, считать. Дуэйн там и Дак. Без этого никак.

Я повернулся к ней.

— Клем, а ты почему не с Ли? Он же сегодня занятия начинал, наверное.

Она не смутилась, посмотрела на меня прямо.

— Я у тебя учусь. Хочу быть как ты. Инженером.

Эдвин, стоявший у двери, фыркнул. Не зло, а скорее с горькой иронией.

— Даже с высшим образованием тут нихрена не понять, что он творит, девочка. Но он прав, — кивнул он мне. — Учиться надо. Хотя бы для того, чтобы понимать, насколько всё это невозможно.

Я присел перед Клементиной на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. Спина при этом жалобно хрустнула, все же спячка сидя даёт о себе знать.

— Слушай, — сказал я тихо. — Чтобы стать инженером, нужно сначала научиться думать. А для этого — читать, считать, понимать, как мир устроен. Без этого ты не прочитаешь ни один мой чертёж. Не рассчитаешь длину провода. Не поймёшь, почему арматура воткнулась в дерево всего на два дюйма. Я не смогу тебе это объяснить, если ты не будешь знать основ.

Она смотрела на меня, в её глазах было упрямство, но и понимание.

— Я научусь, — сказала она без колебаний.

— Вот и отлично, — я положил руку ей на плечо. — Иди к Ли. Учись быть умной. Самой умной. А всему остальному — железу, схемам, тому, как заставить эту штуку работать, — я тебя потом научу сам. Обещаю.

Она кивнула, уже более уверенно. Я поднялся и аккуратно, но настойчиво выпроводил её и всё ещё что-то бормочущего про «нарушение законов сохранения» Эдвина за дверь. Закрыл её, щёлкнув защёлкой.

В комнате наконец наступила тишина. Только тихое гудение вентиляторов от станка, который продолжал печатать детали. Я повалился на узкую койку в углу, даже не раздеваясь. Натянул на себя тот самый клетчатый плед, который Клементина оставляла. Он пах пылью и… чем-то вроде спокойствия. Последней мыслью, прежде чем сознание поплыло, было то, что завтра надо будет не только с калибровкой разбираться, но и с Ли поговорить — чтобы он Клементину в учёбе не спускал глаз. Девочка способная. И выжить ей здесь будет в десять раз легче, если она будет не просто выживальщиком, а думающим человеком.