Потенциал у нас сейчас большой, ведь за месяц никто не сидел сложа руки. Но вот с «гардеробом» беда.

За эти дни я наслушался предложений. Кто-то советовал делать всё вручную. Я прикинул: один боевой скафандр, даже с моими возможностями, будет клепаться несколько дней, а то и неделю, если не больше и пришлось бы печатать всё на станке. А станок сейчас и так на ладан дышит, то детали для оружия и модулей, то боеприпасы, то запчасти... Дважды уже чинил. В планах сделать второй станок, надёжнее. Но пока он один и на пределе.

Кто-то предлагал бросить эту затею. Я сам начал думать, что время, потраченное на «гардероб», уходит впустую, а это не позволительно.

Были и смешные идеи, кто-то предложил ограбить старый музей и вынести оттуда рыцарские доспехи. Я представил: бежишь от орды в латах, гремишь на весь район. Даже если убежишь, вес такой, что до утра ползти будешь, а если не убежишь — получится хорошо укреплённый зомби в доспехах.

Кто-то сказал про кожаную одежду, длинные плащи. Идея более здравая. Защита от укусов, весит мало. Но честно говоря, сейчас и такая не особо нужна. Ходячие до нас просто не доходят, а от пули это не спасёт.

С духовушкой, кстати, наконец разобрались. Ребята довели до ума, я приделал мелкий моторчик, чтобы давление подкачивал. Теперь работает как надо.

Я тяжело вздохнул, махнул рукой.

— Всё, с этим гардеробом надо брать паузу, от него уже мозги кипят.

Марк кивнул.

— А как же манекен?

— Отложи пока, пусть будет последний. Когда вернёмся к идее, тогда и доделаем.

— А орда? — спросил Теодор, который подошёл послушать.

— С ордой тоже надо что-то решать, — ответил я. — Но не сегодня.

Теодор хмыкнул.

— Слышал я это уже, в через час ты опять что-нибудь придумаешь.

Я не ответил, просто смотрел на «гардероб», на манекен, который так и не стал скафандром, и думал, что иногда лучше сделать паузу, чем упрямо идти в стену. Всё равно без свежей головы ничего не выйдет, а голова сейчас была только одна на плечах, и она гудела, как тот самый моторчик на духовушке.

***

Бен сидел на корточках возле мотоцикла и драил его старой тряпкой, до блеска, до скрипа. Рядом горел костёр, на нём висел походный котелок, в котором булькала каша. Бен то и дело отрывался от байка, подходил помешивал, чтобы не пригорело, и возвращался обратно.

Почти вся банда, в которую он попал месяц назад, сейчас обшаривала небольшой магазинчик за его спиной. Оттуда доносились глухие удары монтировки и хрипы ходячих. Бен не оборачивался ведь он знал, что его дело сейчас здесь.... Грязная работа... Чёрная работа. Мыть мотоциклы, готовить еду, таскать тяжёлое... И иногда получать пиздюлей, если плохо помыл или каша сгорела.