Приезжает вся деревня, кажется, до последнего человека. Тетя Валя командует расстановкой столов так решительно и грозно, будто это ее собственная свадьба, а не чужой праздник, — гоняет мужиков туда-сюда с досками и лавками, покрикивает, что «стол для молодых должен стоять на солнышке, а не в тени, чтоб все видели, какое счастье у людей случилось». Мама — уже давно не строгая, а просто по-настоящему счастливая, помолодевшая за последний месяц лет на десять, — разносит пироги наравне с тетей Валей, то и дело останавливаясь поболтать с соседками, которые еще недавно шушукались за ее спиной, а теперь наперебой поздравляют.
Костян, присмиревший и заметно повзрослевший за последние недели работы на стройке дороги, тащит целые ящики с лимонадом и минералкой, старается лишний раз не попадаться никому на глаза, но, когда я специально подхожу пожать ему руку, отвечает крепким, честным рукопожатием — без прежней наглости во взгляде, зато с искренним, немного смущенным уважением. Серый, Толян и остальные местные парни затевают шумный футбольный матч прямо на будущем поле лагеря, благо разметку еще не успели нанести окончательно, и в перерывах между забитыми голами то и дело подбегают к столу за очередной порцией окрошки и узвара.
А в самом центре всего этого праздничного вихря — мы. Я, Рома и Глеб стоим у первого забитого в землю колышка с новенькой деревянной табличкой «Спортивный лагерь „Ягодный Урбан“» — да, они вдвоем настояли именно на таком названии, объединяющем и баскетбольную команду, и мое домашнее прозвище, а я сдалась почти сразу, потому что бороться с двумя мажорами разом, объединившимися против меня одной, дело абсолютно бесполезное, я давно это усвоила на собственном горьком опыте.
Как бы название не звучало, оно сразу стало нашей визитной карточкой…
Влад произносит тост — неловкий поначалу, но с каждой фразой все более искренний, — про то, что «Дашков всегда был самым безбашенным в команде, самым несерьезным, готовым сорваться на любую авантюру ради шутки, но чтобы вот так влюбиться и остаться навсегда в какой-то деревне — это, ребят, покруче любого финала регионального первенства». Тим молча жмет руку сначала Глебу, потом мне — и этого достаточно, он вообще немногословный человек, но в его коротком, крепком рукопожатии больше тепла, чем в иных долгих речах. Ева, разумеется, уже успела всучить Роме готовый детальный план логистики на первый заезд детей будущим летом, приговаривая:
— Чтобы не опозорился перед своими же будущими подопечными, вижу же, как ты вечно все путаешь и забываешь.