Он оказался прав, и я даже сначала пожалела, что не послушала его. Людей в порту несмотря на то, что уже было начало зимы было очень много.
Грузчики в засаленных куртках катили бочки с вином и оливковым маслом, их крики смешивались с гортанными выкриками левантийских купцов, чинно ходили стражники, вокруг которых образовывалось свободное пространство.
В порту пахло рыбой, водорослями, пряностями и ещё чем-то неприятным, я подозревала, что отсутствие общественных туалетов привело к появлению этого запаха.
Винацио договорился со стражниками, и, только пристроившись за ними, мы спокойно прошли к складам.
На мне был мужской наряд и берет. Берет меня раздражал больше всего, голова под ним чесалась, и я даже подумывала о том, чтобы отрезать волосы. Останавливало меня только то, что уже через три недели мы можем добраться до Парижа, и тогда, возможно, мне надо будет появиться в своём облике и имени, и как я буду выглядеть с отрезанными волосами?
— Ты слишком прямо держишь спину и идёшь, будто бы в танце, — тихо произнёс идущий рядом Винацио Дандоло, поправляя ремень с кошелём. — Купцы ходят так, словно несут на плечах тяжесть своего товара. Сутулься чуть больше и слегка косолапь.
Я покосилась на него. Я не обиделась на фамильярность, наоборот, было бы странно, если бы он к «младшему брату» обращался на вы. А венецианец за эти недели стал мне почти настоящим братом.
— Я стараюсь, — пробормотала я, нарочито сгорбившись.
— Теперь ты похожа на карлика, укравшего мешок денег, —Винацио еле сдерживал смех. Пришлось толкнуть его кулаком в бок. И Винацио нарочито охнув, изобразил, что его «почти убили».
Пусть хоть так, таким он мне нравился больше, потому что в те чёрные дни, когда мы только покинули Венецию, все мысли венецианца Дандоло были только о мести.
Джаббира мы оставили дома, слишком он был приметен, и встреть мы случайно кого-то из тех купцов с кем я встречалась в Венеции или даже здесь, ещё до того, как отправилась в Византию, то многие могли бы догадаться, кто скрывается под беретом Марио Варгари.
С товаром всё было в порядке, и Винацио, оплатив хранение и доставку до места сбора каравана, сказал, что надо бы ещё посмотреть дополнительный товар. Ткани и специи – это хорошо, но нужны подарки, украшения и красивые вещи, и уж, если Империале выдал нам денег, то мы вполне можем, что-то купить.
Конечно, в порту такого не продавали, и мы отправились в мастеровые кварталы.
Квартал ремесленников раскинулся по узким улочкам вокруг церкви Сан-Лоренцо. Здесь в отличии от порта царили совсем другие запахи и звуки. Стучали молоки, откуда-то доносились удары по металлу, наверное, кузнец бил по наковальне, собственно, так и пахло металлом, кожей, ещё был сладковатый запах духов или воска.