— Рая? — позвал, открыв дверь и осторожно заглянув внутрь.
Никакого ответа.
Прошелся по квартире, но следов Раи не было. В кухне идеальная чистота, только в
раковине чашка и тарелка. Она позавтракала и ушла куда-то скорее всего.
Облегчение ударило в грудь.С ней все в порядке.
Дошел до спальни. Остановился в дверях, и что-то сжалось в груди так сильно, что на
секунду перестал дышать.
Кровать застелена аккуратно — она всегда была педантична в таких вещах. Белое
постельное белье с мелким цветочным узором.
Зашел внутрь. Словно какой-то псих подошел к кровати и сел на край. Потом лег и
закрыл глаза.
Позволил себе надышаться ее запахом, что остался на постели. Тонкий, едва уловимый
аромат ее духов. Что-то цветочное. Она всегда любила цветочные ароматы.
Как последний идиот, как сталкер, как человек, который потерял остатки разума лежал
там, обнимая подушку, и думал: если она меня вот так застанет, я не смогу объяснить
свое присутствие. Не смогу сказать ничего, что не прозвучало бы безумно.
"Прости, я просто хотел почувствовать твой запах"?
"Мне не хватает тебя так сильно, что я потерял голову"?
"Я проник в твою квартиру без спроса, потому что брат сказал, что тебе
плохо, и я больше не могу думать ни о чем, кроме тебя»?
Все это правда. Но вся эта правда звучит как признание человека, который не способен
отпустить. Который стал одержимым. Который пересек все границы.
Заставил себя встать. Поправил подушки, разгладил покрывало, чтобы не осталось следов
моего присутствия. Вышел из спальни быстро, пока не передумал и не остался там
навсегда.
И вот теперь сижу здесь, в машине. Жду.
Не знаю, сколько еще буду ждать. Час? Два? До вечера?
Не знаю, что скажу, когда она появится.
Но не могу уехать. Не могу, пока не увижу ее, чтобы убедиться, что она правда в
порядке.
Разминаю плечи, кручу головой. Шея затекла от напряжения. Часы на приборной панели
показывают 15:43, а я приехал около половины третьего.
Смотрю на вход в дом, сканирую взглядом парковку.
Часы показывают 16:05. Рабочий день в самом разгаре. Я должен быть в офисе. У меня
совещание в четыре. В пять — созван с партнерами. В шесть — нужно забрать Лиду от
родителей.
Но я здесь.
Витя прав. Во всем прав. Я сволочь. Обычная сволочь, которая разрушила жизнь женщины,
которую любит больше всего на свете.
И теперь сижу в машине, как маньяк, выслеживаю ее, не могу отпустить, хотя должен.
Потому что держаться подальше — это лучшее, что я могу для нее сделать.
Движение у входа. Поднимаю голову резко.
Женщина выходит из двери. Высокая, темноволосая.