Но все же подумай хорошенько, вы ведь любите друг друга. Я знаю, что Назар не сможет
без тебя, и ты без него тоже. Остынь немного и только тогда принимай окончательное
решение.
— Спасибо за поддержку, — шепчу.
Она встает. Подходит ко мне. Обнимает. Я не сдерживаюсь больше. Слезы текут по щекам.
Я прижимаюсь к ее плечу и плачу. Тихо. Безнадежно.
Оксана Рудольфовна гладит меня по волосам.
— Все будет хорошо, — шепчет она. — Не знаю как, но будет. Обещаю тебе.
Не верю, но хочу верить. Наконец отстраняюсь. Вытираю слезы.
— Простите, — говорю, всхлипывая. — Я просто...
Смотрю на часы. Уже половина десятого.
— Мне нужно ехать, — говорю. — У меня дети на конкурс едут.
— Понимаю, — кивает Оксана Рудольфовна. — Не буду тебя задерживать.
Она идет к двери. Я помогаю ей надеть пальто.
У порога она оборачивается.
— Рая, — говорит она серьезно. — Что бы ты ни решила — знай, что я на твоей стороне.
Всегда. Ты для меня как дочь. И это не изменится, даже если вы с Назаром
разведетесь. Ты всегда можешь мне звонить и попросить о помощи.
Комок в горле мешает нормально разговаривать.
Она обнимает меня еще раз на прощанье.
— Береги себя, милая.
— И вы, — отвечаю хрипло.
Оксана Рудольфовна уходит. Я закрываю за ней дверь. Стою в прихожей. Смотрю на
закрытую дверь и понимаю, что не только Назара теряю в этом разводе.
Теряю семью. Ту, которую считала своей столько лет.
И это почти так же больно, как измена.
Глава 11
Соревнования оказываются спасением. Настоящим спасением от мыслей, которые не дают
покоя ни днем, ни ночью. От всего этого кошмара, в который превратилась моя жизнь за
последнюю неделю.
Я полностью погружаюсь в работу. Поправляю прически, подбадриваю перед выходом на
сцену, обнимаю после. Делаю все, что должен делать хороший тренер.
Дети танцуют великолепно. Я смотрю на них со стороны и чувствую гордость. Такую
сильную, что на мгновение вытесняет всю боль. Мои ученики. Мои дети, можно сказать.
Я вложила в них столько сил, времени, любви. И вот они здесь, на этой сцене,
показывают все, чему я их учила.
Мы проходим в финал, который пройдет через неделю. Обратная дорога проходит в
приятной усталости и обсуждении выступлений. Дети болтают на заднем сиденье, делятся
впечатлениями. Я слушаю вполуха, улыбаюсь в нужных местах, отвечаю на вопросы. Но
мысли уже где-то далеко. Возвращаются туда, откуда я так старательно их гнала весь
день.
Высаживаю детей у студии и прощаюсь с родителями. Обещаю прислать фотографии с
конкурса. Улыбаюсь, машу рукой. А потом еду домой. В эту квартиру, которая должна
была быть временным убежищем, а стала чем-то вроде тюрьмы.