Назар выглядит... усталым. Измученным. Синяк на лице почти сошел, остались только
желтоватые следы, но добавились свежие ссадины. Мы встречаемся с ним взглядом и я
тону в его глазах. Внутри него настоящая буря. Без слов этот взгляд говорит многое.
Там отчаяние. Надежда. Безумие.
Страх?
— Рая, — говорит он хрипло и делает шаг ко мне. Смотрит как-то странно. Словно не
знает что делать или что сказать. А потом просто падает передо мной на колени, прямо
на пороге, не заходя в квартиру. Обхватывает мои ноги руками и прижимается головой к
моему животу.
Глава 41
— Назар... — шепчу я, глядя на него сверху вниз. — Что случилось?
Он поднимает голову. Смотрит на меня снизу вверх. И я замираю.
Его глаза покраснели. Влажные. Неужели это... слезы?
Я никогда не видела его таким. Никогда. За все десять лет нашего брака, через все,
что мы пережили — потерю ребенка, бесконечные попытки ЭКО, все разочарования — я ни
разу не видела его плачущим.
А сейчас он стоит на коленях передо мной, обхватив мои ноги, прижавшись лицом к моему
животу, и в его глазах слезы.
Что-то случилось.
Что-то плохое.
Сердце сжимается от страха. Первая мысль, которая приходит в голову: что-то случилось
с Лидой.
И я чувствую острый укол вины. Потому что я столько раз кляла про себя эту девочку.
Ненавидела ее. Желала, чтобы она исчезла из нашей жизни. Вдруг накаркала? Вдруг
что-то и в самом деле случилось?
— Назар, что... — начинаю я дрожащим голосом.
— Рая, — перебивает он хрипло, и голос срывается. — Мне столько нужно тебе сказать,
Рая. Как же я люблю тебя.
Он снова прижимается лицом к моему животу. Обнимает меня так крепко, что мне не по
себе. Слишком крепко. Отчаянно. Как будто боится отпустить.
Я стою, не зная, что делать. Сердце колотится. А потом, помимо воли, моя рука
опускается на его голову. Пальцы запутываются в волосах. Глажу нежно, успокаивающе,
как гладила бы ребенка.
— Встань, — говорю я тихо. — Заходи. Кто-то же увидит.
Он не двигается. Продолжает прижиматься ко мне, дышать в мою футболку. Я чувствую
тепло его дыхания через ткань. Чувствую, как дрожат его руки.
— Назар, — повторяю я хрипло. — Заходи. И не пугай меня.
Наконец он отпускает меня. Медленно поднимается на ноги. Смотрит на меня все тем же
странным взглядом — полным боли, надежды, отчаяния.
Отступаю, пропуская его внутрь.
Он входит. Я закрываю дверь за ним. Оборачиваюсь.
Он стоит посреди прихожей. Большой, сильный мужчина, который всегда был моей опорой,
моей защитой. А сейчас выглядит... сломленным. Потерянным.
— Что случилось? — спрашиваю я, и голос дрожит. — С Лидой что-то?